Молчание сфинкса - это драматический портрет ностальгии и одиночества. Внутри каждого прекрасного предмета истории есть история жизни и потери. Странное спасение роскошных вещей в конце времен вызывает жутковатую мысль о том, кто же станет их новым обладателем.
Кладка купольная, вроде это свод потолочный. Но не разобрать так. Грязь душит, — сказал бригадир, сам вооружаясь молотком и простукивая грунт у себя под ногами. — Роман Валерьяныч, откачать бы еще надо!"
"— Давайте, давайте, ребята, — Салтыков выбрался из ямы, вытер руки. — Только очень осторожно. Я вам уже говорил — под этим фундаментом, возможно, располагается подземный погреб, а может быть, это и остатки старого подземного хода. Включайте насос!
Насос взревел, как раненый слон. Мещерский на секунду совершенно оглох.
— Сейчас очистим все здесь, насколько это возможно, и проверим как следует, — прокричал Салтыков ему в самое ухо. Мещерский едва не спросил: «Металлоискате-лем?», но вовремя сдержатся.
— Чегой-то они там, Роман Валерьяныч? — крикнул вдруг бригадир, стоявший по другую сторону насоса. Он указал в сторону оврага. Двое рабочих, бывших там «на отвале», карабкались по склону вверх, махали руками и кричали, но в грохоте ничего нельзя было понять.
— Подождите. Наверное, там у них что-то засорилось, -Салтыков тоже махнул рукой. — Выключите насос!
От мгновенно воцарившейся над прудом тишины впечатление было странное, если не сказать зловещее — словно кто-то где-то разом повернул ручку и вырубил звук.
— Сюда! Скорее!
— Что там еще случилось? — Салтыков, недовольно морщась и явно досадуя на непредвиденную задержку, быстро зашагав ям навстречу. — Ну, что еще за переполох такой?
— Скоба слетела, трубу в сторону повело, вбок, a тут такой напор. Меня с ног сбило, Петровича вон окатило с ног до головы всего… А меня сбило, упал я, — надрывался один из работяг.
— Я ничего не понимаю. Вы успокойтесь, пожалуйста, любезный.
— Гляньте, гляньте сами, что там, внизу. Милиции надо вызывать. Ментов!
Эта фраза ударила Мещерского как током. Он вслед за Салтыковым подбежал к краю оврага: неглубокая промоина, заполненная мусором и гнилой листвой. Тут же внушительные кучи отвальной глины.
