Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
Затяжная, муторная, тяжелая агония. Света страдала, писала, звонила, я сначала пытался поддерживать разговор, помочь ей выти из кризиса, потом начал откровенно грубить, потом даже послал в открытую. И при всем этом каким-то образом ей дважды удалось выпросить у меня еще один шанс.
Сейчас она приехала за третьим.
И ревет, пряча лицо в ладонях, вдруг из высокой холеной женщины превращаясь в скорченную зареванную малолетку.
— Прекрати. Я не выношу женских слез, ты же знаешь.
Я понижаю тон, нахожу на полке в гостиной коробку с салфетками и отматываю сразу несколько, пытаясь всучить их Светке в руки.
"— Я тебя правда очень люблю… — Светка — прирожденная охотница, я бы даже сказал — лучшая из всех, кого я знал. Сразу чувствует, что добыча еще трепыхается, но уже морально сдалась, и тут же начинает «свежевать тушу»: целует мою шею, быстро расстегивает рубашку, как-то даже умудряется стащить с себя штаны. — Я хочу быть с тобой, я же твое счастье…
И пока она толкает меня к дивану, снимает джинсы и забирается сверху, я почему-то могу думать только о том, как много ее «я» было сегодня и почему-то ни одного «ты».
Глава шестая: Сложный
Чтобы понять, как скучаешь по родному дому, нужно просто уехать куда-то на несколько дней. Так получилось, что я лет с двадцати практически всегда был в разъездах: Европа, Азия, Америка, Туманный Альбион. Проще сказать, где я не был, чем перечислить места, в которых посчастливилось побывать.
