Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
Я с радостью пришел ей на помощь, красавица, услышав родную речь, счастливо улыбнулась — и тогда я просто пропал. Утонул в ее темных глазах, как-то сразу нырнул без спасательного жилета, даже не думая о том, что она уже может быть занята или я могу ей не понравиться. За пять минут все за нас решил: уведу, украду, отвоюю, если нужно, влюблю и покорю, окружу лаской и заботой, превращу жизнь в сказку, только бы она всегда вот так же улыбалась.
Она действительно оказалась несвободна — и мне пришлось уводить ее от мужа, с которым, правда, у них уже давно все не клеилось.
А еще я ей действительно не понравился — и мне пришлось влюблять в себя женщину своей мечты.
Но она того стоила, вся, до последнего волоска, до последней родинки.
Через три месяца Юля подала на развод, еще через три мы уже выбирали квартиру для нашей будущей семьи. Вместе делали ремонт, вместе ужинали на полу, потому что решили не тащить ничего из своего прошлого, а из нового у нас были только ложки и пара кружек.
Я усилием воли заставляю себя открыть глаза, слепо и рассеянно осматриваюсь по сторонам, на секунду все еще веря, что все вокруг — моя выдуманная страшная реальность, насмешка судьбы, решившей, что у нас с Юлей слишком много счастья. И что на самом деле все хорошо, наша малышка растет, становится сильной и крепкой, ходит в самый лучший детский сад, уже болтает без остановки и становится такой же красавицей, как ее мама.
Но сколько бы я ни пытался убедить себя в обратном — реальность все-таки по эту сторону.
И в этой реальности я уже три дня вдали от дома, и меня не тянет назад. Не тянет к женщине, которую я до сих пор люблю так же, как и в ту нашу первую встречу в заснеженном городке почти на окраине мира. Я скучаю без нее, без ее улыбки, но я не хочу возвращаться, потому что устал от затяжной войны, когда на фронте уже два года без перемен.
— Я не очень уверена… простите за мое произношение…
Русские в Праге — не редкость, и меня не тянет оглянуться, но в женском голосе появляются нотки отчаяния — и я все-таки сдаюсь. Осматриваю зал — и прямо за соседним столиком сидит та самая женщина, которой я несколько дней назад отправил букет.
Евгения.
А еще говорят, что мир большой.
