Автор
В уютной комнате шифровальной беседки дрожат вспышками мониторов и мерцали лампы, создавая необычайную атмосферу напряжения и предвкушения. Макен "Хаммер" Хаммерман, находящийся на пороге важного разговора с Рейн Кендалл, чувствует себя словно в сказке — одновременно прерывистым дыханием и решительным шагом к заветной цели....
— Если ты беспокоишься о ней, то хоть раз, поставь ее потребности выше своих собственных. Скажи мне, что ее так расстроило.
— Я не превысил свои полномочия, поэтому прекрати выкручивать мне яйца!
— Да мне насрать на твои яйца! Я здесь ради защиты Рейн.
— Да ну?
Хаммер одарил его суровым взглядом.
— Что-то не слишком заметно, чтобы ты беспокоился. А знаешь ли ты, что у нее задержка? Я, блять, уверен, что, да!
Боже… это было классическим плевком в лицо. У Рейн была задержка…. а ведь он подозревал.
Готовый провалиться на месте, Лиам зажмурился.
Неважно, насколько сильно Лиам пытался вытащить из нее правду, она все время увиливала, и даже сейчас, по ее мнению, он не был достоин того, чтобы знать о ее возможной беременности от другого мужчины. Что еще она утаивала от него? Пришло время добиться от Рейн правды и все выяснить. Лиам отвернулся и открыл дверь.
— Подожди, — позвал его сзади Хаммер.
— Хочу, чтобы ты знал: та ночь с Рейн была единственной со времен Джульетты, когда я не надел презерватив.
Не оборачиваясь, Лиам лишь сжал руки в кулаки.
— Да пошел ты!
Глава 2
Со сжатыми кулачками и кучей мыслей в голове, Рейн нетерпеливо мерила шагами комнату. Черт возьми, и почему она всегда позволяла Хаммеру надавливать на свои болевые точки? Почему она не могла просто выкинуть его из своего сердца и из своих мыслей?
Она прикусила губу.
Вот уже три дня, как он изо всех сил пытался вытащить из нее правду. И это пугало. Что, если она беременна? Боже, она даже не знала, что думать и чувствовать по этому поводу.
С одной стороны — это было благословением. Ведь она любила детей. Она любила Хаммера. И ей, в принципе, нравилась сама мысль о том, что шесть лет ее безответной любви к нему, могли принести плоды.
А с другой стороны, ребенок от бывшего друга Лиама может стать помехой в их отношениях, в результате чего она останется одна.
Потрогав ожерелье кончиками пальцев, она почувствовала, что непроизвольно начинает плакать. Слезами здесь не поможешь, и уж, тем более, ими не изменишь того факта: что она любила двух совершенно разных мужчин, по совершенно разным причинам.
Если Лиам бросит ее… Что ж, кроме себя самой, ей некого винить в своей глупости.
Дверь распахнулась с резким звуком.
