Но летом хорошо, — я откашлялся и добавил, чтобы не нарушать свою легенду: — Как мне говорили.
— Долгая ночь — это странно, — Марк убрал руки в карманы и поёжился от ветра. — Не люблю холод, если честно. Хотя мои предки вроде бы были из Огрании.
— Может, ты и сам потомок одного из Малых Домов? — спросил я и усмехнулся.
— Вряд ли. Вот Марк Зимин действительно им был. С самого детства он выделялся.
Мы сошли с дорожки и пошли через поле. Вдали торчали ригги, готовящиеся к старту. Отмытые, покрашенные в тёмно-зелёный, готовые к соревнованию. Говорят, что сегодня не будет победителей. Но эти наследники Великих Домов точно нацелены прийти первыми.
— Мы же росли в сиротском приюте, — тихо продолжал Марк, оглядевшись по сторонам. — Но его потом усыновили. Наверное, приёмные родители догадывались о его происхождении.
— Значит, вы с ним были друзья с детства?
— Своего рода. Тогда, помню, в город вошли солдаты Дома Рамари, а я схватил шальную пулю, — Марк усмехнулся и показал на правую ногу. — Царапина, но всё равно было страшно и больно. Сколько мне тогда было? Четырнадцать, вроде.
— И что потом?
— Тогда Марк унёс меня на себе к доктору, и даже пообещал ему заплатить. Правда, так и не заплатил, — он засмеялся. — Но доктор меня пожалел и вылечил меня бесплатно, а Марк приходил меня навещать.
— А тебе, ты говоришь, заплатили, чтобы ты служил вместо него?
— Обещали, но выплатили только половину. Зимин обещал вторую, как только вступит в наследство, но не вышло. Мечтал о богатой жизни, а ему разнесло голову в клочья. Причём убили случайно. Жизнь — дерьмо, — Марк сплюнул на землю.
— И не говори.
— А понятно, из-за чего они напали на порт так внезапно?
— Мятежники, — я пожал плечами.
Марк кивнул, будто этот ответ объяснял всё. Мы уже приблизились к месту старта. Ветер подул сильнее.
— Вы оставили машину Яну? — воскликнул Валентин, быстро идя нам на встречу. — Он же слепой как крот, ещё заведёт её в болото и утопит!
— Ничего не будет, — сказал я. — Ян неплохо управляет."
"Остался только наш Старый Герберт, но шагоход пока не появился. На нём готово всё, кроме оружия, которое пока запрещено ставить, и брони. Но самые тяжёлые бронеплиты сняли вообще все участники, чтобы облегчить вес и повысить скорость. А говорят, что главное участие, а не победа.
Но я и сам не хочу уступать. Не для этого строили мой шагоход, чтобы он приходил последним.
— Через полчаса начинаем, — напомнил Артур, подходя к нам ближе.
Сегодня преподаватель даже не с похмелья. На нём чёрный парадный мундир императорской армии и даже несколько наград на нём, включая «Валайский Крест», орден, который раньше давали за подбитую риггу или бронепоезд.