В заснеженной долине медленно прогуливается обоз короля. Солдаты суетятся под замерзшей дорогой, превращая ее в тесный лабиринт ям и укатанных трещин. Белокурый молодой человек, закутанный в черное плащ, смотрит сквозь окно на их неумение преодолеть препятствия. Внезапная перемена к нему приходит, когда он решает сам помочь - выйдя из таверны и отправившись на помощь своим врагам....
– волны первобытного ужаса и разметанность чувств кружили герцога в сладком мареве виноградников, отзвуки вина стучали в голове отчаянностью. – Вы подлец. Пустите меня.
– Еще одно оскорбление монархии, – с удовольствием констатировал Фернандо. Сладкий мальчик. Напугать побольше или уже хватит? – Еще будешь оскорблять? – опять жаркий шепот в ухо, когда губы касаются кожи, чуть вбирают мочку и язык нежной лаской проходится по ней, щекоча и возбуждая.
Луис засопел, шумно выдыхая воздух. Его опутывали невидимые сети, делая бессильным перед чужой властью.
– Герцог, я тебя отпущу – за поцелуй, но только настоящий, – Фернандо было интересно, что в ответ на это выкинет забавный мальчик. – А чтобы тебе было проще думать... – он легко подхватил тоненького юношу под ягодицы, несколько шагов – и Луис прижат к двери. Луна освещает предательски алеющие губы герцога, вызывая все большее желание сорвать с него одежду и жадно изучать тело,а не ткань, жгущую руки.
Но теперь Луис и вовсе утратил способность мыслить здраво. Происходящее казалось чем-то противоестественным и отвратительным. Его впечатали в дверь, трогая и требуя поцелуя. Даже легкий вскрик не остановил мерзавца. Да и если кто-то услышит и увидит происходящее – как легко обвинить в том, что это Луис затеял.
– Я не стану вас целовать.
– Альтернатива будет еще хуже. Оскорбление монархии – не забыл еще, милый? – Фернандо улыбался все мягче и мягче, старательно гася свои эмоции.
Луис поднял взгляд на маску, на ту улыбку, что теперь бесовщиной играла на губах. Он готов был понести наказание перед монархией, но не перед богом.
– Я вас не поцелую.
– Ну что ж, ты сам выбрал, сам будешь нести ответственность, – с некоторым сожалением в голосе обронил Фернандо. – Закрой глаза, милый.
Луис еще плотнее прижался к твердой поверхности. Его начало знобить от страха. Мужчина теперь требовал закрыть глаза, но юноше этого делать совсем не хотелось. Еще одно маленькое неподчинение не играет уже роли.
– Нет.
– Закрой, ничего страшного не будет, – король аккуратно дотронулся до скулы мальчика. – Обещаю.
– Выпустите меня отсюда, – взмолился Луис. – Я не тот, кто вам нужен.
– Милый, закрой глаза, – Фернандо игнорировал просьбы мальчика.
