В заснеженной долине медленно прогуливается обоз короля. Солдаты суетятся под замерзшей дорогой, превращая ее в тесный лабиринт ям и укатанных трещин. Белокурый молодой человек, закутанный в черное плащ, смотрит сквозь окно на их неумение преодолеть препятствия. Внезапная перемена к нему приходит, когда он решает сам помочь - выйдя из таверны и отправившись на помощь своим врагам....
Пойдем, я тебе покажу, где свинарник, вряд ли тебя могли послать в пустую овчарню, – опять заулыбался мужчина.
От его дружеского толчка Луис чуть не упал, и Николай еле успел его подхватить со словами:
– Какой-то ты неловкий. Хорошо хоть ведро не успел взять! – мужчина вручил юноше ведро, проверив уровень воды в нем. – А что ты его не наполнил? Ты где столько языков выучить успел?
Луис смутился еще больше.
– Я понятия не имею, как с этим колодцем справиться, – сказал он. – Отец Себастьян меня отправил помочь, вот я и помогаю.
– Да, большое. Пойдем, я тебе сначала покажу, как с колодцем обращаться.
Показывая юноше премудрости набирания воды в ведро, Николай постоянно болтал, а сам напряженно думал. Про Луиса знал весь монастырь, но за два месяца, которые Луис стал послушником, его мало кто видел. И вот теперь его вдруг отправили помогать по хозяйству.
Пока они вот так болтали и шли к свинарнику, юноша все время оглядывался по сторонам. Больше всего интересовала именно библиотека. Ее он заприметил практически сразу. И теперь бросал взгляды на приоткрытые двери. Наконец отец Себастьян позволил покинуть келью, пусть и назначив послушание, но так даже лучше, чем постыдные воспоминания о последних днях в северной столице, когда пришлось спешно собираться и практически бежать прочь через всю страну.
Теперь, греясь в лучах приморского солнца, Луис подумывал о том, чтобы написать-таки письмо герцогу Сильвурсонни, дорогому отцу о том, что жив. Но останавливало Луиса одно обстоятельство – королевский гнев.
– Спасибо, Николай, за помощь, теперь я справлюсь, – юноша поклонился мужчине и тотчас вспомнил, что не при дворе, но взгляд собеседника был красноречивее всяких слов.
– Брат Николай, – хлопнул Луиса по плечу мужчина, опять заставив того пригнуться. – Привыкай! – и, подмигнув, отправился восвояси, оставив потирающего плечо юношу.
Оглянувшись несколько раз, Николай убедился, что юноша уже не видит его, и решительным шагом направился к аббату.
Тот уже находился в нижних галереях, проверяя уровень воды и чистоту стоков. Монастырь славился своими купальнями, которые строились по древним греческим чертежам.
