В заснеженной долине медленно прогуливается обоз короля. Солдаты суетятся под замерзшей дорогой, превращая ее в тесный лабиринт ям и укатанных трещин. Белокурый молодой человек, закутанный в черное плащ, смотрит сквозь окно на их неумение преодолеть препятствия. Внезапная перемена к нему приходит, когда он решает сам помочь - выйдя из таверны и отправившись на помощь своим врагам....
Слова приятной дрожью отзывались в теле Сея, он застонал, чуть ли не пугаясь этого звука, действий Себастьяна, своих желаний. Его коснулись там, где запретно, а ему нравилось, ему хотелось, не терпелось... будто и не он вовсе, а желания – такие запретные, заполняют все существо, заставляя тянуться руками, обнимать и тихо прошептать.
– Хочу еще...
Рука мужчины заскользила по члену, продолжая возбуждать мальчика. Конечно, он уже был готов. Не зря аббат постоянно ласкал и целовал Сея. Теперь он не испугается большего. Ресницы его трепещут, щеки полыхают.
– Мой хороший, пошире раздвинь ножки, – голос лился в самое ухо, – хочу тебя всего, мой маленький, – мужчина потянул с юноши рясу и рубаху. Сей попытался сопротивляться. Но так слабо, так наивно, по-детски. Себастьян подмял его буквально под себя, вжимаясь горячим телом между ног.
И теперь мальчику некуда было деваться. Опять стало страшно, но этот страх подавляло желание – стоило мужчине коснуться его, поласкать, и мальчик тут же сдавался, тая в умелых, нежных руках, даже не замечая что его, как птичку, поймали в клетку, откуда не будет пути назад.
Себастьян отыскал вход в тело, стал водить по кругу. Невинный. Красивый... Жаркий и такой темпераментный. Палец чуть углубился и отпустил, вновь гладя по кругу, губы теперь целовали один из розовых сосков, втягивали, сосали... Ноги Сея дрожали, и он издавал тихие полустоны-полувсхлипы. А так же царапал плечи аббата, цепляясь за его одежду.
Сил говорить, а так же связно думать, в Сее больше не осталось, и он просто отдавался на власть рукам Себастьяна.
– Насаживайся на пальчик, мой маленький, давай, – Себастьян толкнул юношу на себя, на две фаланги уходя вглубь, вытащил, еще раз... еще и еще, пока Сей не стал двигаться сам. Так продолжалось еще какое-то время. К первому пальцу добавился второй, третий. Жадные губы исследовали тело.
К тому времени Сей уже просто пылал – пылал от страсти, удовольствия, желания. Он самостоятельно насаживался на пальцы, поджимая пальчики на ногах и кусая свои губы, пока теребили его соски.
-Вы хотите... свести меня с ума?..
– Хочу тебя, мой милый, – аббат потянул через голову свою рясу. Одежда сейчас так мешала быть ближе, чувствовать юное тело. Свеча на столе погасла так вовремя. Мужчина взял руку Сея, чтобы тот коснулся и его возбужденной плоти.
