Если тебе подойдет такой брат-то…
— Да ты на меня посмотри — из меня тоже брат тот еще…
И парнишка пожал плечами — мол, тоже мне, ерунда какая.
Но Бранду почему-то показалось — нет, не ерунда. И что все это очень, очень важно.
Они дернули в последний раз, и «Южный Ветер» соскользнул в бурные воды Запретной. Все сипло заорали от радости.
— Рехнуться можно, мы сделали это! — крикнул Бранд, не веря глазам своим. — Ведь правда ж дошли, а?!
— Ну да. Можешь потом внукам рассказывать: я протащил корабль через Верхние волоки.
И Ральф обтер пот со лба здоровенной ручищей.
— А теперь — на весла! — заорал он, кладя конец веселью. — Грузимся, и ходу! До заката еще несколько миль пройдем!
— Подымайся, лодырь!
И Доздувой снял Бранда с повозки, как перышко, и поставил на ноги. Ноги держали некрепко.
Отец Ярви поговорил с главным возницей на каком-то странном языке, а потом оба они расхохотались и обнялись.
— Что он сказал? — спросил Бранд.
— Берегитесь коневодов, — ответил отец Ярви, — ибо они дикари, безжалостные и кровожадные.
Колючка покосилась на волов, которых наконец-то распрягли.
— А я спросил его, что он говорит коневодам, когда тащит их груз.
— Берегитесь Людей с Кораблей, ибо они дикари, безжалостные и кровожадные.
— А кто такие Люди с Кораблей? — спросил Колл.
— Это мы, — ответил Бранд и, морщась от боли, полез на борт. — Это мы.
Болела каждая связка, и каждый сустав болел, и он, согнувшись как столетний старик, брел к своему месту на корме. Дойдя, он плюхнулся на рундук — Колючка как раз вовремя подставила его под задницу.
— Ты уверен, что сможешь грести?
— Не боись, не отстану, — пробормотал он в ответ, хотя даже разогнуться стоило героических усилий.
— Да ты и не поломанный-то от меня отставал, — фыркнула она.
— Смотри, как бы тебе не отстать от меня, зуборотая.
За их спинами стоял Ральф.
— Пойдешь на мое место, парень.
Ральф кивнул на рулевое весло:
— Сегодня у руля постоишь.
Бранд растерянно поморгал:
— Ты заслужил, парень.
И Ральф хлопнул его по спине — да так, что Бранда пополам согнуло.
Застонав от боли, Бранд обернулся — одной рукой он придерживал рулевое весло. Все взгляды были обращены на него. Сафрит и Колл сидели рядом с грузом, Одда, Доздувой и Фрор — на веслах, отец Ярви стоял рядом со Скифр у деревянной фигуры голубки на носу, а за бортом широко текла на юг Запретная, а Матерь Солнце щедро заливала воду золотым светом.
Бранд широко улыбнулся:
— Хороший отсюда вид! Мне нравится!
— Смотри мне, а то к хорошему-то быстро привыкают, — усмехнулся Ральф.
И тут все начали бить ладонями, кулаками по веслам — раз, раз, колотить все разом. В знак уважения. В знак уважения к нему, Бранду. Который всю жизнь свою был никем.