— Калейв — он как мочевой пузырь, наполняется постепенно, — сказала Скифр.
Она как раз закончила ковыряться в носу, придирчиво оглядела извлеченное и обтерла пальцы о плечо ближайшего гребца, причем так, что бедняга этого не заметил.
— Весной он наполняется северянами и людьми из Империи, а коневоды из степей приезжают сюда торговать. А летом он переполняется и лопается, и его содержимое выливается в степь. А зимой они все разъезжаются по своим делам, и он усыхает до маленькой фитюльки.
— Воняет, как мочевой пузырь, это точно, — проворчал Ральф, морща нос.
Две здоровенные приземистые башни из толстых бревен торчали по обеим сторонам реки, а между ними висели цепи из черных увесистых звеньев, усеянных шипами. Цепи качались и натягивались в пенной воде, течение сердито ревело и несло на них щепки и мусор, и ни один корабль не мог пройти вниз по Запретной.
— Железная сеть князя Варослава принесла ему хор-роший улов, — пробормотал отец Ярви.
Колючка никогда не видела столько кораблей. Они покачивались на волнах, теснились у причалов, лежали плотными рядами на берегах — все со сложенными мачтами. Здесь можно было увидеть корабли из Гетланда, Вастерланда и Тровенланда. Здесь были корабли из Ютмарка и с Островов. А еще они увидели корабли, которые, наверное, пришли с юга — темные, с толстым брюхом, как такие тащить через Верхние волоки, непонятно. Даже две гигантские галеры прибыли — ох и здоровые, трехпалубные, с тремя рядами весел. «Южный Ветер» казался утлым челноком рядом с ними…
— Ты только посмотри, какие чудища… — пробормотал Бранд.
— Корабли из Южной империи, — пояснил Ральф. — Команды у них по триста человек.
— Вот команды-то ему и нужны, — сказал отец Ярви. — Чтобы устроить этот дурацкий поход против коневодов.
У Колючки мысль о том, что надо будет снова с коневодами драться, не вызвала никакой радости. Застрять на все лето в Калейве тоже не улыбалось. В отцовских историях, кстати, про вонь ни слова не было.
— Думаешь, он захочет нашей помощи?
— Конечно, захочет. Так же как и мы хотим получить помощь от него.
И Ярви мрачно поглядел на княжеский дворец.
— Вопрос в том, потребует ли он ее…
Потому что от многих других он ее именно что потребовал. В гавани толпились люди со всего моря Осколков, и не сказать, что в хорошем расположении духа. Они застряли в Калейве и ждали, когда князь Варослав соизволит убрать перегораживающие реку цепи. Они праздно шатались среди покосившихся палаток, сидели с мрачными мордами под гниющими навесами, резались в кости (утяжеленные свинцом, а как же иначе, честно, что ли, здесь играть), пили прокисший эль и ругались на чем свет стоит. И смотрели на всех крайне неприветливо — особенно на новоприбывших.