Автор
Ника Солнцева ступила на старое деревянное крыльцо Елкино. Полдень, город словно затянуло сладким мраком, а улицы казались зеркалом печали местных жителей. Лев Мефодьевич был просто замечательным человеком — до самой смерти, проводившей его на пике в постели.
Странным образом сдержанность Константина Олеговича вызывает во мне дикий интерес.
Чуть подумав, решаю не заострять на его любимом аксессуаре никакого внимания. Главное, пропажа нашлась и мне не нужно перед отъездом возвращать ее, ставя себя в неловкое положение. Хотя сделать его еще больше неловким, чем вчера, мне кажется, будет сложно.
Кинув на серьезного мэра короткий взгляд, утыкаюсь в кружку.
Не может быть мужчина таким спокойным. Как удав. Встретить удава перед годом Змеи — это, вообще, как? Хорошая примета?
Надеюсь, к счастью?
Ну… точно не к оргазмам.
Надо бы включить телефон и извиниться перед Славой. И тетю предупредить, что буду поздно. Хоть с дорогами сейчас проблем нет?
— Сколько тебе лет? — спрашивает он сипло.
Я резко поднимаю голову.
Кстати, его щеки горят, как два факела, а ледяные глаза застит белесая поволока. У Морозко повышенная температура, но он ведет себя так, словно только слабаки обращают на это внимание.
А Константин Олегович Мороз уж точно не слабак.
— Двадцать один… — отвечаю скромно. — А вам?
— Тридцать один…
Теперь мои щеки тоже вспыхивают.
Мамочки!..
У нас десять лет разницы.
Когда я по нескольку раз в день портила подгузники, Константин Олегович вовсю дергал девчонок за косички. Украдкой осматриваю аристократические черты лица и совершенно варварские, мужественные габариты спортивного тела.
Нет!..
Вряд ли он кому-то дергал косички без предварительного согласования.
Отодвинув тарелку, в который раз ловлю затуманенный взгляд на позаимствованной в шкафу футболке.
Обижаюсь, конечно.
Жалко ему, что ли, хлопка с вискозой? Подумаешь…
— И с кем у тебя сорвалось свидание? — спрашивает он покашливая.
— Со Славой…
— Это… твой молодой человек? — озадаченно хмурится.
— Нет… Мы с ним не так давно познакомились.
— Очень интересно… И как вы познакомились?.. Он что, был твоим пациентом?
— Нет, — с ужасом округляю глаза.
И смеюсь.
— Твой Слава не болеет?
— Да нет, — машу рукой. — Просто я работаю в гинекологии.
— Вот как?
— Да, — пожимаю плечами. — Мне нравится. У нас чаще всего мамочки лежат на сохранении. Они классные почти все. Правда… сейчас отделение на чистку закрыли. В связи с этим на работу мне только в конце января.
— Значит, у тебя каникулы, Ника? — начинает разговаривать со мной как со школьницей.
Чуть свысока и по-отцовски.
Это неожиданно раздражает. Понимаю, что сама там, наверху, назвала его старым. Обиделся, значит.
