Автор
Ника Солнцева ступила на старое деревянное крыльцо Елкино. Полдень, город словно затянуло сладким мраком, а улицы казались зеркалом печали местных жителей. Лев Мефодьевич был просто замечательным человеком — до самой смерти, проводившей его на пике в постели.
Нацепив пальто поверх футболки и шортов, застегиваю свои белоснежные сапоги и выхожу во двор. Радуюсь ослепляющему солнцу и тому, что на улице потеплело, а потом сворачиваю за угол и останавливаюсь рядом с Морозом и Огневым.
Глядя на костер, кусаю губы до противного жжения.
Пристально смотрю на мэра. В модном бежевом пуховике, обычной шерстяной шапке и без своей барсетки Костя кажется моложе. Морозный ветер сделал его резкие скулы и аристократичный нос красными, а губы — сухими."
"— Пойду скажу Есе, чтобы собрала вещи.
Мы вразнобой киваем и остаемся вдвоем.
Мне вдруг грустно становится, душу скручивает. Ощущение, будто что-то важное заканчивается. То, после чего меня долго будет ломать и о чем я буду думать одинокими ночами. Может… даже залью подушку слезами.
Не сводя глаз с яркого пламени, откашливаюсь и тихо произношу: — Я с ними уеду…
Потому что, если потом, — точно зареву.
— Что?
— Тоже поеду.
— Куда?
Повернувшись, закатываю глаза.
— Домой, куда еще?
— В смысле? — немного зловеще переспрашивает он.
— Ты не слышишь? Тогда читай по губам: «Я уезжаю».
Чувствую, что больше ни секунды не могу стоять рядом. Слезы уже подобрались к переносице и ждут выхода. Надо побыстрее это закончить.
Не говоря ни слова, разворачиваюсь и иду обратно, но на середине пути меня подхватывают за шкварник и, как слепого котенка, заталкивают в сарай, выстроенный перед баней.
Здесь тепло. Даже жарко.
В нос ударяет запах гари и дерева.
— Костя, — вздрагиваю, пока он разворачивает и толкает меня к стене.
Ухватившись за мой воротник, одним движением заставляет полы пальто раскрыться и, быстро скинув свой пуховик, скалится на мои высокие сапоги.
С трудом сглатываю слюну, наблюдая, как широкая ладонь тянется к перманентно вздутой ширинке. Горячее дыхание опаляет мое лицо.
Он озверел?
— Костя, блин! — вскрикиваю оттого, что подлетаю на полметра и обхватываю широкие плечи, чувствуя внутри дикий восторг. Я тоже озверела? — Что ты делаешь, Костя?.
Он грубовато стягивает шорты с моих ягодиц, при этом смотрит прямо в глаза.
— Читай по губам, динамщица, — приказывает хрипло. — Я. Тебя. Трахаю.
.
Глава 20. Ника Солнцева познала секс!
Если есть на земле рай — это в Елкино сарай
Константин Олегович Мороз
— Костя, ш-ш-ш — запрокинув голову к потолку, шиплю, как королевская змея.
Чувствуя прикосновение к горячей промежности, пытаюсь запрыгнуть к мэру на плечи и зажимаюсь.
