В глухой снежной зимней деревне Вишняковке, каждый дом кажется замшелым и заброшенным. Группа военных прячется за крайним домом, словно заслоняясь невидимыми врагами. Здесь стены изнутри заполнились густой мховой и раздавались странные шорохи - будто тайное движение пронизывает снежную мертвенность деревенской окольцовки....
Наверное подвалы, может какие-нибудь фамильные склепы, какая разница…
– Но почему заперто?
– Не знаю. Может тут всегда заперто. Шевели ногами, дружище. Мы проверили свою часть замка. Надо отдохнуть, пока герр майор нам ещё что-нибудь не придумал.
Дверь оставили в покое, кто бы возражал. Она могла быть не единственной, за которую не смогли проникнуть люди. Что мешало киношникам запереть часть помещений, когда они покидали эту обитель. Солдаты покинули тамбур, удалились в холл. Дверь, по-видимому, оставили приоткрытой.
Шубин не шевелился, рано успокаиваться. Могут доложить начальству про запертую дверь, ведущую в неизвестность. Если у начальства шило в заду, то снова придут. Будут выламывать, но зачем им это делать? Надо лишь поставить себя на место замёрзших, уставших людей, с честью выполнивших задание и мечтающих о получасовом отдыхе.
– Товарищ лейтенант, это вы? – глухо прошептали в спину.
Чуть удар не хватил. Зачем же так пугать? Он резко повернулся. Непроницаемая темнота стояла перед глазами.
– Карабаш, ты?
– Так точно, товарищ лейтенант. Шум услышали. Поначалу подумали, что это немцы, а нет – свой дышит. Вы уже вернулись?
– У вас всё в порядке? Как гражданские?
– Неприятность у нас, товарищ лейтенант, – голос подчинённого вибрировал. – Убегали в панике. Вроде все шли по дальней лестнице, как вы приказали, а уже в подвале, когда собрались и фонари включили, обнаружили что Фрола нет. Он с нами шёл, это точно. Пока до лестницы не добрались Анна Михайловна его не оставляла, а потом батюшка поскользнулся, упал, свалка началась.
– Уверены, что он не в подвале? Может свернул не туда, заблудился. Всё обыскали?
– Даже обыскивают. Ещё не всё осмотрели продолжаем. Может спрятался куда.
– Ищите парня, Алексей. Уверен, он где-то здесь! Только шум не поднимайте. Наружу ни ногой. Выяснили про запасной выход?
– Да, там Гулыгин разбирается. Можно выбраться на улицу, но какой из этого прок. Снег по пояс, забор со всех сторон, выход наружу только один, на южной стороне.
– Ладно, разбирайтесь.
