То ли одинаковая профессия наложила отпечаток, то ли все черноволосые и горбоносые итальянцы стали для меня на одно лицо, но мне показалось, что они родственниками. Различал их только по диалектам итальянского языка. Луккец говорил мягче. И они сразу поняли, что я говорю на венецианском диалекте.
— Долго служил у венецианцев, — объяснил я.
— Теперь понятно, откуда такие хорошие морские навыки! — похвалил миланский банкир."
"— И богатая добыча! — не отстал и луккский банкир.
— Я готов взять у вас два векселя по три тысячи гульденов и оставить эти деньги у вас под четыре процента годовых, — предложил им, зная, что больше трех процентов дают очень редко.
— Уверен, что вы ссудите эти деньги немцам процентов под двенадцать, если не больше, так что все будем не в накладе. Впрочем, я могу и сам ссудить им эти деньги, но решил разделить риски с вами.
— Чувствуется венецианская выучка! — начал Антонио Спини с похвалы, а потом перечислил, почему четыре процента — это неподъемно для них.
В умении торговаться итальянцы превосходили немцев.
Сражался с ними не столько ради выгоды, сколько перенимая опыт. Поучиться было чему. Уверен, что они не договаривались заранее, но работали согласованно, как два крепких преферансиста, к которым подсел поиграть лох с деньгами. Я уступил им полпроцента за науку.
— Остальные шесть тысяч я хотел бы получить напополам золотом и серебром и как можно скорее, — сказал им напоследок.
— Если согласишься взять четыре тысячи серебром, то привезем завтра утром, — предложил Паоло Саккетти.
Золото они придерживали потому, что с ним убегать легче.
— Пусть будет четыре, — согласился я.
Все равно эти деньги пойдут на выплату экипажу.
Только проводил их, как увидел, что к барку приближается двадцатичетырехвесельная галера. Борта ее выше ватерлинии были выкрашены в золотой цвет с двумя красными горизонтальными полосами. В желто-красную горизонтальную полосу была и мачта, установленная немного впереди миделя. Ни рея, ни паруса на ней не было.
С клотика свисал длинный широкий флаг, разбитый на четыре сектора белым простым крестом. В левом верхнем секторе на желтом фоне изображены три бегущих, синих вроде бы льва в золотых коронах. В правом верхнем — три золотые короны на синем фоне. В левом нижнем — на красном фоне шагающий влево, в прошлое, золотой лев в короне, с высунутым языком и занесенным топором в лапах. Не знаю, кому он показывал язык и грозил топором. Надеюсь, не одному и тому же лицу.