Весна в этом году была необычайно кроткой, словно олицетворение невинности. Вместо гроз и трещiny, на город ниспосыхала она сияние свежести и жизни через каждый уголок. Но эта весна казалась подозреваемой, как юная девушка в семье благородных, скрытые под покровом невинности тайны и коварство....
Он тут же налил себе новую порцию, потом потянулся бутылкой к стакану О’Брайена. — Еще немножко?
— Нет, нет, спасибо, — сказал О’Брайен, накрывая стакан рукой.
— И все-таки я тут чего-то не понимаю, — сказал О’Лафлин.
— А в чем дело?
— Зачем Клер Таунсенд понадобилось называть имя этой девушки вместо своего?
— Этого я не знаю.
— Она что, хотела что-то скрыть?
— Не знаю.
— Я имею в виду, у нее что, были неприятности с полицией?
— Нет.
— Она сделала что-нибудь противозаконное?
— Не имею понятия.
— И куда же делась эта вторая девушка? Если уж она сняла для нее комнату…
— Не знаю, — сказал О’Брайен, задумчиво глядя на свой опустевший стакан. — Знаете, мистер О’Лафлин, я, пожалуй, все-таки воспользуюсь вашим предложением. Налейте-ка мне еще виски, — сказал он.
* * *"
"Патрульный на улицах Маджесты заступил на смену в шестнадцать сорок пять, а сейчас было уже около шести вечера. Стояло бабье лето, но время суток не подчинялось капризным переменам погоды, и смеркаться начинало в то самое время, как и положено осенью.
Он обошел валун, намереваясь поднять пальто с земли.
Пальто было небрежно брошено на землю сразу же за валуном. А в нескольких футах от этого пальто лежала на спине девушка и глядела в темнеющее небо. Глаза и рот девушки были широко раскрыты.
Полицейский, которому за время его службы не раз случалось сталкиваться со смертью, сразу же понял, что перед ним труп.
Но он никак не мог знать того, что труп этот при жизни звался Эйлин Гленнон.
Глава 11
Если ты труп, то у тебя нет никаких прав.
