Автор
Ночь погружала Москву в тихий, почти мертвый покой. Унылые облака несли дождь — листву и грязь. В особняке министра власти под бешеное тревожное пение толпы и шума осени царила строгая тишина, как в камере инквизитора.
Я осторожно выглянула, смотрю, а это Федор! А с рядом с ним такой мужик, что я обалдела! Холеный до невозможности, дубленка сказочная, да и сам из себя настоящий барин! Седой, как лунь, волосы густые, стрижка отличная, симпатичный! Ну, думаю, неужели Светка такого мужика смогла захомутать?
Стас смотрел на нее и удивлялся — вот сейчас она и по манере разговора, и по жестам, и по поведению действительно была похожа на девку из борделя, но никак не на скромную мать семейства — видно, прошлое никуда не уходит, а притаится где-нибудь в глубине, а потом раз — и вырвется наружу.
— Они вниз пошли, а по дороге разговаривали, я, естественно, подслушивала — интересно же. Федор говорит: «Михаил Юрьевич! Я так и не понял, мое предложение вас заинтересовало или нет?» А тот ему: «Да, это интересно! Но я должен все обдумать, взвесить и проверить». Тут Федор: «Вы считаете рекомендацию Леонида Михайловича недостаточной?» А седой ему: «Я привык все перепроверять! Я свяжусь с вами сам, и сам назначу место встречи, чтобы не получилось как сейчас».
— Галина, вы так хорошо запомнили имена? — с сомнением спросил Крячко.
— А чего тут странного? — удивилась она.
— Ну да, тогда вам действительно было несложно это запомнить, — согласился Стас. — Ну а что дальше?"
"— Когда они из подъезда вышли, а я наконец попала в квартиру, первым делом побежала куда надо, а потом уже осмотрелась и обалдела: у нас такой чистоты сроду не было, а на столе чего только нет. А Светка уже хорошо хваченная, сидит с бокалом, нога на ногу, и от счастья светится.
