На железнодорожном переезде мы останавливаемся, а рядом уже шумит поезд «Москва-Адлер». Здесь запахи детства — жареная курица и синеватые яйца вкрутую. Солнце прогревает после зимы холодные носы и плечи, пока не пришло время отдыхать на море. Предвкушение отпуска в мае – большая лотерея. Мы будем знать: грозы ли, или жару. Если выживу, обязательно куплю билет в плацкартку....
— Любой из вас мог бы…
— Но если нас так много на земле, почему именно мы?
— Потому что… я знаю…
Потому что в доме Аглаи на Калле-деи-Черкьери завелась крыса.
— Это ужасно! — восклицала подруга. — Венеция – прекрасный город, но с этими тварями никто ничего не может сделать! Недавно я видела, как она бежит по цветочным горшкам у соседа. Остановилась и посмотрела на меня в упор, даже усмехнулась. Как будто знак судьбы!
— Аглая, — с легким упреком сказала я, любуясь видом из окна. — Крысы не умеют усмехаться.
— Да? — подруга остановилась посреди комнаты, воздев руки к небу. — Ты пойми, этого человека все называют Крысаком. И это… это не просто кличка! Я боюсь как бы он не сделал ничего дурного с…
— С кем? — напряглась я. — С тобой.
Но Аглая вдруг засмеялась и подбежала ко мне, распахнув объятья.
— Тюшенька! Я, кажется, влюбилась! Ты не представляешь! Я хочу с ним жить, хочу родить от него маленькую девочку, маааленькую, хорошенькую девочку. Мы будем с ней играть… я научу ее ходить по мостам!
— Аглая, кто он?
Но она закружилась по комнате, ее рдяные волосы вспыхивали в лучах яркого итальянского солнца.
— Потом! Потом! Я вас обязательно познакомлю! Я увезу его оттуда! Ему там плохо! Это скверное место! Я подозреваю… Не важно. Фейри должны жить рядом с мостами! Под Солнцем! Он хороший… чистый… несмотря ни на что! Я покажу ему Холмы! У нас будет все!
ГЛАВА 7
Появление Веры вывело меня из раздумий. Она принесла блузку и заслоняла меня от взгляда Киприянова, пока я переодевалась.
— Что случилось с теми людьми? — продолжил разговор Крысак, когда Вера ушла.
— С какими?
— С теми, что пошли на Холмы с сыном Странника.
Я помедлила с ответом, отведя взгляд.
— Они не вернулись.
— И что? Может, они там еще?
— Все возможно.
— Как ты узнала, что… как ее… Аглая мертва?
— Ее маскот… кулон рассыпался в пыль. Так бывает, если погибает последний в роду.
— Тюшенька, подержи его у себя.
— А как же…?
— Да, да… Я набираюсь решимости, — улыбка у Аглаи вышла какой-то жалкой.
— Не уверена, что любишь его?
— Нет… нет… Дело не в этом… Просто подержи, ладно? Мало ли что.
— Когда ты мне расскажешь? Я волнуюсь.
— Скоро…скоро…"
"Возникла пауза. Мой собеседник смотрел на меня, натужно растягивая губы в светской улыбке.
— Мы так мило беседуем, — сказал Крысак. — Как друзья. Надеюсь, теперь так будет всегда.
— Не будет, — равнодушно отозвалась я.
