Вадик, принимай трубку: в беседке на краю города жарит душа от солнца и бьется старый телефон. Странная история о любви и страхе появления неожиданного гостя, когда колесо Вадика внезапно вылетает из локдауна. Мир вокруг завораживает своей необычностью — и это только начало таинственной встречи....
— Искала твою девушку, что же ещё.
— Мам, я же просил!
— Да какая уже разница! Она улетела.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Улетела сегодня в Гонконг. С директором.
— С Пряником? — округлил глаза Мир.
— С пряником или с бубликом, какая на хрен разница.
— Подожди, а как же Ротман?
— А у Ротмана другая девушка. Какая-то Наташа. Это она мне сказала, что Кристина сегодня улетает. Или уже улетела, пока я разыскивала тебя по всему городу.
Чёрт! Письмо! У него же в руках, возможно, было её письмо. Мир разорвал конверт.
И сердце остановилось.
«Миро̀. Мой дорогой, Миро̀! Сердце моё!
Прости, если я потеряла право так тебя называть. Сожги письмо сразу, если не хочешь его читать. Я пойму. Или сожги потом, когда дочитаешь. Но сейчас, пока я его пишу, пока ты его читаешь, пока хоть так, но мы ещё вместе, я… — Мир сглотнул и заметил, что её рука тоже дрогнула.
Мы не поговорили. Так и не поговорили. Поэтому я решила написать тебе то, что ты и так, наверное, понял. Почему я так поступила. Написать, как есть…»
Он дочитал письмо до конца.
— Это от неё, да? — спросила она.
Мир кивнул и словно очнулся.
— Телефон! Мам, набери онлайн-табло аэропорта.
— Господи, руки трясутся. На сам, — сунула она ему аппарат.
Мир пробежал глазами по экрану. Выдохнул.
Посмотрел на часы, вернул маме телефон и снова протянул руку.
— Дай мне ключи от своей машины.
— Но ты же… — испугалась она.
— Плевать. Я опаздываю, мам, — так и держала он вытянутой руку.
— Да, да, держи, — сунула она ему связку.
— Гамлет тебя отвезёт домой, хорошо?
Гамлет, что так и стоял на всякий случай недалеко, кивнул.
Мирослав побежал, но мама вдруг побежала следом за ним.
Порывисто обняла его у машины.
— Удачи, милый! Люблю тебя! Не отдавай её никому.
— Ни за что, — уверенно покачал головой Мир.
Мама отошла, когда он резко развернул машину.
И махнула вслед клубам пыли, что та подняла за собой.
До самого поворота Мирослав видел в зеркало заднего вида её худенькую фигурку.
И как она подняла средний палец.
Это значило: «Вот им всем, а не нашу Кристинку!»
Глава 36
Как бы Мир хотел, чтобы мама оказалась права.
Но когда наконец прошёл через чёртову рамку металлоискателя, прямо там бросив гаечные ключи и отвёртки, что успел растолкать по карманам, пока работал, самолёт уже должен был выехать на взлётную полосу.
— Простите, а рейс в Гонконг? — в отчаянии остановил он девушку в форме.
