В дряхлом подъезде пятидесятых годов жарит запах старости. Светло-жёлтые перила и свежепролитые стекла придают этому домику особенную, загадочную атмосферу. Богдан шагает вперёд с нерешительностью, будто шёпот ушедших дней неслись за ним по коридору.
Пустили корни в сердце и в душе Богдана, дышали с ним одним воздухом, были одним организмом. Но видеть перепуганные глазёнки Жени он не мог.
Для неё «надо в Абакан» прозвучало, как предложение отправиться на Марс. Медицинская помощь, до которой нужно добираться два часа, и это на комфортабельном автомобиле, не в «карете скорой помощи», которая приезжает в подобных случаях."
"По здравому размышлению, отит – проходная болячка малыша. Но здраво мыслить после пережитого Крош не могла, а Богдан не собирался идти на компромисс в этом вопросе.
Именно с этими мыслями Богдан собирался за Женей и Тёмычем. Сегодня выписка, судя по отсутствию сообщений, ночь прошла хорошо, малой возвращался к режиму, давая маме ночью спать.
Женька ждала в вестибюле больницы, обставленная сумками и пакетами. Богдан в недоумении посмотрел на вещи. Неужели он столько натаскал всего за неделю? Ничего себе… Тёмыч, увидев Богдана, недовольно запищал, потянулся, давая понять, что немедленно хочет на мужские руки.
К осени веснушки спрятались, а аромат, пудрово-цветочный, не смог перебить и характерный запах больницы.
– Пойдём? – прошептал он тихо, будто боялся спугнуть своё счастье нечаянно громким словом.
– Да, да, – поспешила Крош, заставляя Богдана улыбаться.
По пути домой озвучил свой нехитрый план, сказал, что на всё про всё ему понадобится недели две, максимум – три. Поведал, что Егор уже в курсе предстоящих перемен, довольством не блещет – всё же Богдан брал на себя основную часть работы, – но готов принять управление на себя.
