В дряхлом подъезде пятидесятых годов жарит запах старости. Светло-жёлтые перила и свежепролитые стекла придают этому домику особенную, загадочную атмосферу. Богдан шагает вперёд с нерешительностью, будто шёпот ушедших дней неслись за ним по коридору.
На этом настоял Богдан. Своей семьёй, в своём доме он желал наслаждаться без посторонних глаз. Женя с готовностью согласилась."
"После празднования новоселья, Нового года, дня рождения преисполненного важности Тёмыча, Богдан и заговорил с Женей о втором ребёнке. Отрицательный резус – не приговор с анамнезом жены. Он тщательно изучил информацию, современная медицина шагнула вперёд, они могут попытаться. Рассмотреть возможные варианты. Женя согласилась, настояв на консультации в Москве. Врачи дали уверенное добро, Крош настроилась на беременность в самое ближайшее время.
Как-то само собой Усмановы задумались об усыновлении. Богдану решение далось легче, он знал наверняка – не биологического ребёнка можно считать своим, любить всем сердцем. Женя сомневалась, ей по-прежнему хотелось родить самой, тем более от Богдана, в этом она видела проявление высшей справедливости в адрес мужа. Но «просто на всякий случай» собрали необходимые справки, прошли формальное обучение.
Глава 65
У жизни всегда свои планы, она не спрашивает, не уточняет, а действует. Порой на радость, порой – во зло. В этот раз случившееся радовало. Особенно Женьку. Долгожданная беременность! Справедливости ради – не прошло и года, но Крош успела известись, от всей души попереживать, нареветься ночами.
Беременность проходила легко, не было токсикоза, пищевых капризов, необоснованных переживаний. Женя подошла к процессу ответственно, и без лишнего пиетета. Чувствовала усталость – ложилась отдыхать.
Пацанёнок рос крепким, смекалистым. В три года выучил буквы, умел складывать слоги, обещал, что вот-вот научится читать, но учёбу не слишком-то уважал. Другое дело – рыбалка с дядей Петром, когда можно самому забрасывать удочку, а иногда и спиннинг. Самый настоящий!
Поход «в тайгу» с отцом и с Вишенкой, на целый день! И даже обедали на заимке, как охотники.
Кататься на снегоходе среди заснеженных степей и на квадроцикле летом, на самой-самой большой скорости, чувствуя крепкую руку отца. Ясно, Тёмыч бы сам удержался, и рулить умел, но мама будет волноваться. Увидит в бинокль, что её не послушались, сядет у окошка и будет плакать.
