Ветеринарша Елизавета Совенко случайно наткнулась на забытую землянку во время грибных походов. Там она встретила странную мутанта, что заставило её сердце биться чаще. Унылая яма, скрывающая островок жизни, стала вдруг местом встреч с неузнаваемыми существами, и Совенко забыла о своих грибах....
Однако на него и внимания не обратили, мало того, бабка отпихнула его и выглянула на улицу:
– Где Юрко?
– Как где? – отчего-то ухмыльнулся тот. – На службу пошел!
– На какую еще службу?
– На шаманскую! У него ведь с потемками работа начинается. И до третьих петухов.
– Почто же ты его отпустил? – взвинтилась Сова. – Мы тут пластались, стол собирали. Чтоб встретить как полагается! А он отпустил!
– Насильно держать не имею права. – Куров сунул ей сверток с бельем. – Это велел тебе вернуть.
Сам взял плошку с малосольными огурцами и одним духом выпил весь рассол.
– Вы хоть попарились?
– Как же! И попарились мы вволю, и намылись… В кириккитте ее мать! Лет двадцать скинул. Так что сегодня держись, бабка! Тыала хотун!
– Ой, болтун! – заворчала та. – Вот язык-то без костей!
– Хоть немного-то похорошел Юрко? – с надеждой спросила Оксана.
– Еще бы! Молодец стал красный! Увидишь, так не насмотришься.
– Язык-то не вспомнил?
– Мы уже друг друга понимаем.
– А это что?
– Он свое опять надел, – пояснил дед и потянулся за четвертью. – Ему положено в форме быть, когда камлает.
– Да ведь он же в лохмотьях! В дырявых шкурах!
– Между прочим, это священная малица, а не шкуры. – Налил рюмку. – Обладает магической защитой тела от нечисти. Там на ней специальные знаки. Броня, одним словом… А что это вы, стол накрыли и не приглашаете?
– На него же охотиться пошли! – спохватилась Сова.
– И пускай потешатся. – Куров выпил и крякнул. – С легким паром, Степан Макарыч!
Сова поняла, что опростоволосилась, не поздравила деда с легким паром – в прежние годы это было обязательной традицией, – но сейчас ей было не до того:
– Как это пускай? А поймают? Усыпят уколом и в Америку свезут?
– Его совсем не усыпят, – уверенно сказал дед. – Он же трехглазый.
– Ты вот такой спокойный сидишь! А мне до третьих петухов не спать! Покуда не вернется!
– Ты что, тоже злой дух? На промысел выйдешь?
– Ох, и бессовестный же ты! – обиделась Сова.
– Вы бы это… Вы бы с Оксанкой сходили в баню, – невозмутимо посоветовал он. – Там еще пару много. Тоже, может, помолодели бы… Эдак лет на сорок!
– Не смейтесь над бабушкой, Степан Макарыч! – вступилась Оксана.
