В помещении царит дружелюбная теплая атмосфера, где уют и веселье смешиваются с неожиданной реальностью. Один из приглашенных мужчин, Денис, внезапно заявляет о своем существовании как женихе собеседницы, вызывая недоумение и стыд в ее глазах.
Она прячет смущённое лицо, упираясь лбом в мою шею. Я глажу её волосы, торопливо избавляясь от одежды. Лукерья поднимает на меня взгляд, в котором плещется страх. Чёрт!
— Потрогай меня, — с отчаянной мольбой шепчу ей в лицо, — потрогай.
Её глаза округляются. В них мелькает любопытство, но страх и неловкость быстро гасят эту эмоцию. Знаю, что не должен давить на неё. Знаю. Но все разумные мысли остались на будущее. Снова жадно впиваюсь в её губы. Терзаю их до стонов. А потом отрываюсь.
— Мы не зайдём дальше, обещаю.
"На смену страху в её глазах приходит решительность. Когда маленькая ладошка Лукерьи обхватывает мою плоть, меня шатает. Я пьянею от происходящего. Её прикосновения будоражат меня, разжигают немыслимое и страстное желание, хотя куда уж, казалось бы, больше!
Но самый пик, горячий накал моего возбуждения достигается неизмеримо быстро, и я взрываюсь до чёрных точек в глазах и шумно ловлю губами воздух рядом с ней.
С трудом дотягиваюсь до полотенца и стираю липкие следы своей похоти с её окаменевших рук. Лукерья странно смотрит на меня.
— Спасибо, — улыбаюсь ей и отвешиваю шутку, — теперь я точно буду жить.
— Это хорошо, — бормочет она, покраснев, — неловко было бы стать вдовой, едва узнав о наличии мужа.
— Тебе было приятно? Всё в порядке?
— Да, Денис, очень, — смущённо шепчет Лукерья и отводит взгляд.
— Мне приятно, тебе приятно, — пожимаю плечами, — нам вместе приятно. Мы близки, Луковка, не бойся своих чувств, пожалуйста.
— Я попробую.
После такого зубодробительного вечера мы проспали до полудня. Пятничным днём я просыпаюсь с Лукерьей, спящей на моей груди, её руки доверительно обнимают меня, и я практически счастлив. Боюсь даже дышать в надежде не спугнуть удачу. Лежу, как последний кретин, разглядываю её лицо и улыбаюсь.
Именно эту картину она видит, просыпаясь.
— Доброе утро, Луковка, — оставляю на её губах лёгкий поцелуй. — Что бы ты хотела на завтрак?
— Доброе утро, Денис, — неуверенно улыбается она. — Тосты с авокадо и кофе.
Целую кончик её носа.
— Тогда поваляйся ещё немножко, сейчас всё будет!
Лукерья не выдерживает и всё-таки приходит ко мне в кухню как раз в тот момент, когда я заканчиваю колдовать над кофе.
