В ночной тишине я ощущала грусть прошлого, когда жизнь казалась ярче и ближе к счастью. Теперь она истончилась до рябины на окне спальни, сердце молчаливо, дыхание прерывисто, а руки, которые прежде ласково расчесывали мою шерсть, теперь медленно сжимают подушку. "Но ведь она переродится", — пытаюсь утешить себя я как кошка в душе. Чувствую, что жизнь меняется, но искры ее прошлого останутся навсегда....
Хотела заключить сделку: отдать одну свою жизнь взамен продления твоей. Кошки на Земле живут лет двадцать, и я думала, Мау добавит их тебе. Но богиня забрала все мои оставшиеся жизни и перекинула нас обеих в кошачий Рай.
Я ахнула и поднялась на локтях — кошка съехала на живот.
— Мотя… Ты пожертвовала собой ради меня? — Голос задрожал.
— Ерунда, Свет. В кошачий Рай мы попадаем в финальной жизни и живем так долго, что устаем. Так что не переживай, я тебя нескоро оставлю. Слушай дальше. Так вот, Мау переселила твою душу в тело девушки по имени Телани.
В голове не укладывался этот бред! Я вцепилась пальцами в волосы и беспощадно их подёргала.
— Погоди, начни с хороших новостей! — взмолилась я.
— Так это и есть хорошие, — невозмутимо промурлыкала Мотя. — Ты снова молода, и ты теперь герцогиня.
У меня чужие короткие волосы на голове зашевелились. Я машинально пригладила их рукой.
— А плохие новости тогда какие? — прошептала я, и по спине пробежал холодок.
Мотя вздохнула и хвостом нервно ударил меня по коленям:
— Пять лет назад Телани, то есть теперь это ты, выгорела и потеряла не только магию, но и рассудок. Все эти годы она жила ко всему безучастная, как растение, и даже не разговаривала. Герцог на ней именно поэтому и женился.
Какой мерзавец! У меня аж апатия моментально испарилась.
— То есть он выполнил супружеский долг с бревном, так сказать, и отчалил жить свою лучшую жизнь⁈ — воскликнула я, резко садясь и сжимая кулаки.
Мотя ловко прыгнула с моих ног на край кровати, её зелёные глаза сверкали в полумраке, как две лампочки:
— Ты не из-за того возмущаешься. Он супружеский долг исполнил с Телани, а мы с тобой позже появились. Нам думать надо о том, как дальше жить, а не терзаться принципами.
Кошка говорила дело. Я сжала зубы и кивнула.
— Скажем, что он своей волшебной палочкой мне разум вернул, — процедила зловеще, закипая от ярости.
Никак не могла избавиться от нее. Вроде не я подверглась насилию, а всё равно было мерзко.
— Хорошая, кстати, идея, — одобрительно мурлыкнула Мотя. — И я ещё подтвержу. В кошачьем Раю наше слово сродни гласу Создателя.
