В ночной тишине я ощущала грусть прошлого, когда жизнь казалась ярче и ближе к счастью. Теперь она истончилась до рябины на окне спальни, сердце молчаливо, дыхание прерывисто, а руки, которые прежде ласково расчесывали мою шерсть, теперь медленно сжимают подушку. "Но ведь она переродится", — пытаюсь утешить себя я как кошка в душе. Чувствую, что жизнь меняется, но искры ее прошлого останутся навсегда....
— Да она не заметит, Эйри, даже если мы тут светопреставление устроим. Бедняжке что день, что ночь — всё едино, — ответил ей молодой женский голос, даже не пытаясь говорить тихо.
— О герцогине говоришь, поганка! — шикнула вторая женщина, и следом раздался звук лёгкого шлепка. Видимо, Эйри собеседницу стукнула, а та сдавленно зашипела. — Давай быстро перестелем бельё, её обмоем, переоденем и оставим отдыхать.
— Вот ты глупая, Эйри! — возмутилась молодая служанка. — А как ты её собралась без света мыть, переодевать, да ещё и кровать перестилать?
— Это ты, Луна, бестолковая.
— Да ей вообще всё равно! Не слышала, что господин Сандерс хозяину рассказывал? Девушка пять лет в одну точку смотрела в монастырской келье. Потому и бледная такая, что света белого не видела. На мертвячку похожа.
— Помолчи! — гаркнула Эйри и, подойдя к кровати, заворковала надо мной, откидывая одеяло: — Сейчас, сейчас наша госпожа будет снова чистенькой и ляжет спать.
Четыре руки бережно подняли меня с кровати, и через пару мгновений я будто хорошенько намылась, хотя вода и мыло ко мне не прикасались. От свежей рубашки в нос ударил аромат горных трав, и вскоре я снова лежала — теперь на хрустящей простыне.
— Вот видишь, Эйри, я же говорила — ей всё равно. Она как кукла. Как только бедный хозяин смог брачную метку от неё получить? Ума не приложу!
— Ох, Луна… Язык у тебя без костей! Как-как… Вырастешь — узнаешь, как мужчины это делают.
Эйри ругалась, подходя к двери, и я рискнула приоткрыть глаза. Поэтому и успела рассмотреть спины служанок: длинные коричневые платья, белые чепцы.
Похоже, мне не повезло попасть в какое-то магическое средневековье.
Ладно. Дыши, Света, дыши. Мотя вернётся — и всё прояснит. И да — совершенно нормально, что ты безоговорочно во всём полагаешься на кошку.
Я резко села на кровати. Нет! Это не нормально! Меня раздирали противоречия — как будто в теле поселились два разных человека.
К старости я устала от людей и прекрасно проводила время за просмотром сериалов, завернувшись в любимый плед. А в молодости я на месте не сидела.
