А у нее, получается, не один особенный ребенок, а целых два!
Единый, помоги! Надо рассказать Энгелю, она больше не может носить всё в себе.
— Миледи, вам еще что-нибудь нужно? — в дверь заглянула служанка, две другие и оба целителя маячили сзади неё.
— Нет, оставьте нас в покое! Могу я поговорить с двоюродным братом моих покойных супругов без чужих ушей и глаз? — взвилась Гвинет.
— Да, миледи, конечно, миледи.
Дверь спешно закрылась.
— Энгель, — надо поспешить, иначе кто-нибудь опять влезет и помешает, а она потом струсит и так и ничего не расскажет. — Я должна кое-что вам рассказать. Вернее, повиниться.
Графиня почувствовала, как кровь отлила от лица, похолодели руки, слова давались с трудом.
— Я слушаю, только вы не волнуйтесь так! Если разговор неприятный, отложите, подумайте о детях, — Энгель пересел на диван, взял ее ледяные ручки в свои и принялся их легко поглаживать, согревая и успокаивая.
— Вот, о детях я и думаю, — пробормотала женщина. — Наверное, вы возненавидите меня, но я больше не могу молчать. Вы должны знать, а там, поступайте, как пожелаете.
— Гвинет, вы меня пугаете…
— Я сама боюсь до дрожи. Энгель, — женщина подняла голову и посмотрела мужчине в глаза. — Двое из детей — ваши. Я вас обманула тогда, вы были правы, мы провели ночь в одной кровати и мы там не спали.
— Что?! Но… Это невозможно!
— Да, я понимаю, в такое трудно поверить. Если бы мне рассказали, я бы и сама не поверила — графиня соблазняет кузена мужа!
— Нет, в это я, как раз верю. Я утром вспомнил, чем занимался ночью, но вы так рьяно отрицали, что я не стал настаивать.
— Простите меня, — женщина кусала губы, стараясь не заплакать. — Открытие меня чуть не убило, я не знаю, как смогла бы посмотреть в глаза Михаэлю, если бы он вернулся. Когда граф пропал, думала, что не беременна, и очень боялась, что меня вернут отцу. Понимаете? Ни есть, ни спать не могла от страха. Если женщина овдовела, и у нее нет детей, ее возвращают в дом родителей. Мой отец — чудовище. Он до смерти замучил мать, заставляя ее каждый год рожать, со мной было бы то же самое: продал бы, как племенную корову, и ходить мне вечно беременной, пока не умру.
Энгель успокаивающе погладил руку Гвинет.
— Не рассказывайте, если вам тяжело.
— Нет, я должна выговориться! От испуга, я соврала, что жду ребенка, но стало еще хуже! Все давили на меня, и вы в том числе, чтобы меня скорее осмотрел целитель. Он сразу сказал бы, что ребенка нет, и меня отправили бы к отцу.
— Гвинет, вас никто не отправил бы, пока не нашли тело графа или не прошло три года!"
"— Даже три года — это не вся жизнь, а тело могли найти со дня на день, — покачала головой женщина. — С каждым днем моя надежда таяла, и от отчаянья, я придумала, что если пересплю с вами, то могу забеременеть.