— Мы же не женаты, Гвинет!
— Я подумала, что раз вы — родня и наследник графа, а я уже один раз перешла по наследству к одному брату, то вас можно считать почти моим мужем. Потом, — графиня покраснела, — я подлила вам зелье, которое целитель дал моему второму мужу, чтобы тот смог выполнить супружеский долг.
— Что?
— Простите. Я пыталась соблазнить вас, но вы не поддавались. Понимаю, я не настолько красива, чтобы понравится, да и не умею соблазнять… Это было от отчаянья и, поверьте, я горько раскаиваюсь.
— Это вы-то не настолько красивы? — барон улыбнулся. — Да я голову из-за вас потерял, меня удерживало только то, что вы — жена моего кузена! И вы подлили мне возбуждающее зелье?
— Да. А когда вы принесли меня в спальню, я выпила еще одно зелье, которое уже мне дал тот же целитель. Зелье, гарантирующее зачатие.
— Единый! — выдохнул Энгель. — Так вы беременны от меня?! Тройней?
— Не тройней, один ребенок зачат раньше.
— Да я помню, целители назвали срок больше, чем ночь накануне, но… Ничего не понимаю.
— Оказалось, что я уже была беременна, поэтому мне не нужно было вас соблазнять или обманом затаскивать к себе в постель. Помните день, когда целители увидели, что детей трое?
— Конечно, я же при этом присутствовал. Опекун потребовал отчета о развитии ребенка, вот и, — барон замер, припоминая. — Вы хотите сказать, что два ребенка, которые, как сказал целитель, отстают от одного на две недели — мои??!
— Да.
— О, Единый…
— Понимаю, что вы теперь на меня и не посмотрите, но я не могла не рассказать вам об этом. Конечно, я не собираюсь посвящать в эту тайну кого-то ещё, дети родятся и вырастут, как сыновья Михаэля. От вас мне ничего не нужно, не переживайте.
— Ещё чего! Чтобы мои дети росли, считая своим отцом другого? — Энгель вскочил, промчался по комнате, рывком захлопнул, приоткрывшуюся было, дверь, едва не прищемив голову служанке, и опустился на пол у ног графини. — Гвинет, вы уверены, что это мои дети?
— Конечно. Они отстают от первого малыша по возрасту и, потом, дети делились с отцом магией, когда вам угрожала опасность. Цилен рассказывал, что такое возможно. Если родители чувствуют друг к другу притяжение, если их магии совместимы, и в постель они ложатся добровольно — они могут зачать особенного ребенка. Он станет сильным магом и сможет делиться даром с тем из родителей, которому угрожает опасность. Три дня назад меня в очередной раз осматривали, и оба целителя увидели, что со слепков близнецов, которые на моей ауре, исчезли магические следы, будто дети, вдруг, стали бездарями. А потом магия вернулась, но не вся, и теперь она мерцает туда-сюда.
— Мне кажется, я сплю, — бормотнул Энгель. — Гвинет, я очень хочу поверить, так хочу, что у меня сердце замирает.