Автор
В свете дневного окна в спальне усадьбы Пенуорзи, Англия, 1878 года, Тайлер Уотли искоса смотрит на Меган Пенуорзи. Ее критические слова не просто раздражают, они вызывают страстную зависть — даже когда Меган говорит резко, словно отказываясь в этом признаться. Тайлер понимает, что он ей нравится, и эта мысль усиливается его собственными чувствами, хотя он старается скрыть это от нее....
Та осмелилась поднять глаза и бросила на собеседника взгляд, полный ненависти. На лице Девлина застыло выражение самодовольства, если не полного триумфа, и когда девушка поняла почему, она еще больше покраснела, отчего злорадство ее недруга усилилось.
— О, вижу, к вам наконец возвращается память, — почти промурлыкал молодой человек. — Вы проиграли. Пора расплачиваться.
— Расплачиваться?
— Покажите мне вашу конюшню. Вот чего я ждал, стоя здесь.
Он произнес это как-то отвратительно, сексуально отвратительно, словно говорил не о строении, а о части ее тела.
— Наша конюшня не спрятана где-то в лесу. Она прямо за домом. Даже круглый дурак может найти ее. Думаю, сможете и вы.
— Мне стоит запомнить, что вы способны испортить удовольствие.
— Я и не знала, что мы заключали пари, — холодно ответила Меган.
— Разве? Будь ваша воля, вы быстро показали бы мне на дверь. Вы бросили вызов, я принял его… И выиграл.
— В таком случае должна сказать, что вы нечестно воспользовались некоторой информацией.
— А я должен сказать, что раз вам не удалось от меня избавиться, придется достойно принять свое поражение.
Слова прозвучали очень знакомо, и Меган выдохнула:
— Вы подслушивали у двери?
Девлин насмешливо кивнул.
— Не упускать же такой удобный случай.
— Чего еще можно ожидать от человека с манерами свиньи, — процедила сквозь зубы Меган.
Брови молодого человека взлетели вверх, но этот признак удивления, по убеждению девушки, был притворным, поскольку губы Девлина по-прежнему кривились в усмешке.
— Я пытаюсь опуститься, но не думаю, будто уже достиг такого уровня.
Меган не стала докапываться до смысла этого замечания. Ей хотелось уйти, но недруг все еще стоял у нее на пути, загораживая путь к освобождению.
— Итак, с внешностью все в порядке? — произнес Девлин, вдруг уперев руки в стену за спиной девушки и заключив таким образом Меган в своеобразную клетку. Теперь Девушка не могла не слышать его уверенный шепот. — Сейчас мы одни. Не хотите обследовать меня руками так же, как делали все это время глазами?
Меган издала зловещий стон ярости, он получился совсем негромкий и лишь выразил ее чувства.
Вслед ей прозвучал смех и язвительное замечание:
— Вот это были манеры свиньи, милая Меган. Заметили разницу?
Чувствуя себя в безопасности, девушка остановилась и обернулась, чтобы прошипеть:"
"— Между этой вульгарностью и вашей ранней грубостью? Никакой разницы нет.
