Герцог Аустлейский Ричард Виндзор идет по Бленхейму с тяжелыми шагами, прежде служившим летней резиденцией Корнуэльских. Теперь он стал главным дворцом, когда основной замка разрушился. Столица переместилась в Лидс — второй по величине город, который теперь становится центром аристократического собрания.
— Как узнаю точнее — доложу, — оправдалась она, на мгновенье выпадая из образа.
— Уточни, будь добра, — смягчаясь, согласился я, приподнял бровь и уточнил: — Это всё?
— Это только начало, — вздохнула она, отправила в рот очередную сладость и хитро улыбнулась. — Только вот информация, Ваше Высочество, стоит дороже сладкой конфеты.
— Разве я мало тебе плачу?
— Смотря за какую информацию, — парировала шпионка. — Пока что я рассказала вам только всем известную новость.
— Продаёшь мне никому не нужные сплетни?
— Как можно, Ваше Высочество! — охнула красотка, потупила взгляд и залилась румянцем. — Да я бы ни за что на свете…
— Вот ты бы, — перебил я девушку, указывая на неё пальцем, — в первую очередь.
В ответ мне досталась широкая хищная улыбка без капли притворства.
— Всегда начинаю с бесплатного.
— Как сыр в мышеловке?
Её брови изумлённо устремились вверх, но она тут же распознала шутку в незнакомой в этом мире фразе.
— Да вы шутник, Ваше Высочество! — воскликнула она, смеясь. — Жаль, граф Кольский, дальний родственник короны, вас больше не услышит.
— А что с ним? — спросил я и откинулся на спинку кресла. Кажется, мы приступили к делу.
— Скончался. Сердечко не выдержало, — ответила она, скорбно понурив голову. — Хотя поговаривают, что смерть его была подстроена Анфисой Николаевной Кольской, его милой вдовушкой, которая отныне стала главной наследницей всего их совместно нажитого имущества.
— И насколько правы те, кто так говорит?
— Кто знает? — Вирджиния пожала плечами и тоже откинулась на кресле. Не выпуская, однако, кружечку с чаем из рук. — На аудиенцию к вдове не попасть. Никого не принимает, безутешная.
А вот это уже интересно. Мне показалось, или я действительно услышал в голосе шпионки сочувствие? Да не-ет! Не может быть! Только не у этой прожжённой стервы.
— Заперлась в имении, и ни слуху от неё, ни духу. Даже все старые договорённости отменила.
— Женщина в трауре. Имеет право горевать в полном одиночестве. Почему бы и нет?
— Ну что вы, — возразила та, бросая на меня интригующий взгляд тёмных глаз, — нового жениха-то она принимает. Его кортеж беспрепятственно въезжает на территорию имения Кольских по нескольку раз в неделю. И остаётся там на всю ночь, — с намёком добавила шпионка. — А до этого, при жизни своего супруга, Анфиса Николаевна рядом с собой даже кавалеров не держала.
— Вот как! И откуда же он взялся? Жених этот? — включаясь в игру, спросил я.
— Вы мне скажите, Ваше Высочество. Ведь жених у вдовы — виконт Сумятин.
