Герцог Аустлейский Ричард Виндзор идет по Бленхейму с тяжелыми шагами, прежде служившим летней резиденцией Корнуэльских. Теперь он стал главным дворцом, когда основной замка разрушился. Столица переместилась в Лидс — второй по величине город, который теперь становится центром аристократического собрания....
— Хотите остаться единственным одаренным? Не находите это эгоистичным?
— Вы сидите тут, вся такая красивая, в платье, за цену которого можно год содержать детский приют. Вы пьете чай стоимостью с десяток детских площадок, за ваше колье можно построить современный медицинский комплекс… И вы говорите мне об эгоизме? — насмешливо приподнял я бровь.
Ага, сижу такой, почти расслабленный, только и успеваю укреплять щиты, потому что ее сила подобно кислоте их активно разъедает. С виду все красиво, но внутри мы уже начали бой и пока у нас паритет.
— Всегда есть тот, кто выше, и тот, кто ниже. Но шансы подняться или упасть есть у каждого."
"— То есть, вы действительно думаете, что какая-нибудь простая селянка может стать императрицей, а вот вы, например, принцесса — пойдете доить коров и убирать навоз?
— Такое возможно и примеры подобного в истории были.
— Конечно. Но добровольно вы этого не сделаете, потому что вас все устраивает.
— Это другое. Тут мы говорим про отдельные личности, а я имею в виду весь мир.
— Мир, который погрузится в хаос, если что-то изменить. И вообще, я не понимаю — вы же девушка и вы первая не должны хотеть что-то менять?
— Я за равноправие…
— Сказала принцесса…
— Да, именно принцесса. Или вы думаете, у меня больше прав, чем у последней крестьянки? Очнитесь, Сергей! Меня собираются выдать замуж за нелюбимого человека, страна погрязла в анархии, власти нет ни в столице, ни в провинции.
— А что вы сделали, чтобы этого избежать?
— О, я делаю, и еще как, — улыбнулась она. Правда, это больше напоминало нервный оскал.
По ее лицу текли капли пота, потому как я уже почти проломил ее защиту, и еще немного, и тьма, что внутри нее, рванет и откроет мне дорогу к малефикам.
В этот момент за дверью раздался шум, звуки ударов, после чего она открылась и вошла Шестая.
— Не хотели пускать. Побила.
— Герцогиня?
— Слабачка. Убила, — сказав это, она обошла кресло, в котором я сидел, и встала за спиной, ближе к левой руке.
— У вас странная служанка, — голос Софии стал чуть тягучим, а глаза периодически мигали тьмой.
— Она не служанка. Благородная леди, которой доверили мою охрану.
— Одаренный в ранге императора нуждается в охране? Какого же она уровня? Мифический бог?
— Ее уровень достаточен, чтобы никого сюда не пустить.
