Кира не может жить в родном доме больше ни одной минуты. Её отвращает каждый день возвращаться к заплесневевшей обстановке и бессмысленному труду в дешёвой барной лавке, где даже работы нет. Исмаил изрядно выпивает, но всё равно неумолимо разрекомичивается по её адресу....
— Да, всех вас — похотливых кобелей, которых заботит только ваши желания…
— Стоп! — обрывает он. — Не зли меня, мышонок. Ты рассуждаешь как обиженный ребенок.
— Да мне плевать, как это выглядит! Как бы ты рассуждал, если бы тебя в 16 лет изнасиловали двое пьяных ублюдков?
Не понимаю, зачем говорю ему об этом, ведь никому не говорила. Никогда рта не открывала, а сейчас выпалила все незнакомцу.
Вот ненормальная, взяла и выложила все про свою несостоявшуюся жизнь первому встречному. Пол часа назад билась в истерике, а сейчас пью крепкий чай из его рук и вытираю рукавом сопли.
Мужчина явно ошарашен, его непоколебимое лицо нахмурено.
— А теперь еще этот брак, — тяжело выдохнув, я отхлебываю горячий чай.
— Что решила найти приключения на свою мелкую задницу. — заканчивает за меня незнакомец.
— Типа того. — пожимаю плечами, сама не понимая зачем села в его машину и поехала в неизвестность. Сейчас не могу быть уверенной даже в том, что на самом деле готова расстаться с жизнью.
— Знаешь, мышонок, после того, что ты мне рассказала, — он бросает на меня испепеляющий взгляд, от которого по всему телу разливается странное тепло.
"Наверное, в его словах есть логика, только почему-то мне никогда не приходило в голову то, что я на самом деле могу жить лучшей жизнью, чем у меня есть. Но вот в сказки не верю, причем уже давно. У мужчины, который купил меня, явно не благие намерения, иначе он бы женился на девушке себе под стать.
