Автор
Полина смотрит на Лесю из-под перьев своего вздувавшегося плаща, а музыка в клубе напоминает о том, что это еще один растрившийся вечериночный крик. Я же чувствую себя совсем не так, как обычно после таких посиделок — голова раскалывается, и я словно на ладони, будто никто ко мне не обращается. Вместо радости от новых знакомых или сильного вдохновения эта вечеринка вызывает лишь странное ощущение неправильности мира....
Может, стоит вызвать врача?
— Матвей, — зову еле слышно, потому что не могу понять, спит он или нет.
— Что? — отвечает также тихо, и перехватывает мою руку, когда я хочу убрать ладонь с его лба.
— Матвей, я принесла градусник, ты должен померить температуру.
— К черту градусник, лучше иди ко мне.
Он открывает глаза, горящие сейчас в каком-то лихорадочном блеске, и смотрит прямо на меня.
— Нет. Пока ты не выздоровеешь, даже не думай. Но зато я принесла чай и жаропонижающее. А еще все для обработки ран.
Матвей отказывается, но в конце концов я уговариваю его выпить все, что принесла. Еще с полчаса я занимаюсь его ранами.
Когда все сделано, я прибираюсь и вновь возвращаюсь в комнату. Присаживаюсь на подоконник и начинаю наблюдать за Матвеем.
Он лежит, подсунув под голову подушку, и смотрит на меня из-под полуопущенных век.
— Нужно вызвать врача, — говорю так, чтобы мой голос звучал максимально убедительно.
Только что я все же заставила его померить температуру.
— Не нужно.
— А если что-то серьезное?
— Ты же дала мне таблетки. К утру все будет нормально.
— Ты такой упрямый.
— Как и ты.
От его замечания я вспыхиваю, хоть в темноте этого и не видно.
Некоторое время мы проводим в тишине.
Матвей закрывает глаза и, кажется, начинает дремать. Я так хочу, чтобы он побыстрее поправился.
Эта ночь кажется мне нескончаемо длинной, потому что через пару часов Матвею становится хуже, и я реально готова уже звонить в скорую, хоть он просит этого и не делать.
Мне кажется, лекарство, наконец, начинает действовать, и он уже не такой горячий, каким был только что.
Я еще несколько раз проверяю лоб, а потом укладываюсь рядом с ним.
Не помню, как засыпаю, а когда просыпаюсь, Матвей оказывается буквально в нескольких сантиметрах от меня и крепко спит.
Лежит на животе. Одну руку он сунул под голову, а вторая перекинута поперек моего живота.
Дыхание ровное, а температура…
Я протягиваю руку и осторожно, чтобы не разбудить, касаюсь его лба… судя по всему, спала.
По крайней мере точно не такая высокая, какой была еще несколько часов назад.
Выдыхаю от облегчения.
Осторожно выбираюсь из кровати и иду в ванную комнату.
Привожу себя в порядок и следую в кухню.
Нагло, словно я здесь хозяйка, лезу в холодильник и начинаю деловито мониторить его содержимое.
