В этой истории маленькие друзья — двое мальчиков Лассе и Боссе — считают, что только они достойны роли индейцев в игре. Но как только героиня начинает спорить о том, насколько она по长大了 или нет, вся ситуация рушится под ее юмористическим давлением. Мир становится не таким черным и белым, как кажется изначально....
И у нас в саду, и у Бритты с Анной. А вот у Улле их нет, по крайней таких, о которых стоило бы говорить. Зато у него есть одна груша, она поспевает уже в августе, и ещё две сливы с очень вкусными жёлтыми плодами.
А у дедушки под окном растёт огромная черешня. Наверно, это самая большая черешня в мире. Мы зовём её Дедушкина Черешня. Ветви Дедушкиной Черешни свисают до самой земли. Каждый год она усыпана крупными сочными ягодами. Дедушка разрешает нам есть черешню, сколько влезет. Он только просит не рвать ягоды с самых нижних веток.
Мы никогда не трогаем ягод Черстин. Ведь нам ничего не стоит влезть на дерево. Там столько удобных веток, на которых можно сидеть и объедаться черешней, пока у тебя не заболит живот. Каждый год, когда поспевает черешня, у нас у всех немного болят животы. Но к тому времени, когда поспевают сливы, они уже проходят.
У Лассе, Боссе и у меня есть по собственному вишнёвому дереву.
Мама сушит вишню на зиму. Она насыпает её на противни и ставит их в духовку. Вишня высыхает и сморщивается. Такую вишню можно хранить всю зиму и делать из неё компот.
В этом году у нас был невиданный урожай вишни. Наши деревья были сплошь усыпаны ягодами. Мы никак не могли съесть их, хотя Бритта, Анна и Улле честно помогали нам. Лассе тоже решил посушить вишню. Он насыпал полный противень, задвинул его в духовку, а сам убежал купаться.
Вечером мы сидели у дедушки и читали ему газету. Там было написано, что в Стокгольме банка вишни стоит две кроны. Лассе ужасно сокрушался, что его дерево растёт не в Стокгольме.
— Я бы стал на перекрёстке и торговал вишней, — сказал он. — И сделался бы такой же богатый, как король.
Мы попробовали подсчитать, сколько денег мы могли бы получить, если б наши деревья росли в Стокгольме. Получилось жутко много.
— А если бы наше озеро было в Сахаре, я могла бы продавать там пресную воду.
Наверно, Лассе всю ночь думал о вишне, потому что утром он объявил, что намерен открыть продажу вишни на шоссе за Большой деревней. Там с утра до вечера ездят автомобили.
— Кто знает, может, туда занесёт каких-нибудь стокгольмцев, — сказал он.
Нам с Боссе тоже захотелось продавать вишню, и тогда мы втроём создали Вишнёвое акционерное общество.
