В ужасающей леди Мэри, где тьма прячется за каждым углом, вы ощущаете зловещий холод и пугающую одиночество. Конец света кажется близко, пока неожиданно яркий свет привлекает к себе, обещая спасение и радость в чужой жизни за углом.
У меня просто не было бы ни единого шанса.
Да, падре говорил о том, что жених пообещал моему папеньке нанять учителей для того, чтобы я смогла доказать свою дееспособность. Но я прямо сейчас, сходу, могу предложить несколько вариантов исключительно формального исполнения обещания.
Я уже засыпала, когда вдруг вспомнила, что на днях мне привезли две бочки оливкового масла. И на сегодня я велела освободить один котел, чтобы начать варить кастильское мыло... и, хотя технологическая карта была готова, и мои работники выучили теорию производства этого сорта наизусть, в первый раз я хотела сама проконтролировать процесс.
"Пришлось через силу вставать, одеваться и идти в мыловарню. А там меня ждал неприятный сюрприз...
Возле мыловарни собралась толпа народа: парочка наших гостей и зеваки. Бледный, взъерошенный Пронька, стоял в дверях, загораживая вход, а господа аристократы, возмущенно, орали на моего сотрудника, желая непременно посетить предприятие, где делают шелковое мыло.
- Что здесь происходит? - спросила я как можно громче, чтобы меня услышали.
- Мария Львовна, - ко мне подлетел граф Гурьев и вцепился в руку, - ваш работник совершенно отбился от рук! Он не пускает нас в мыловарню, хамит даме и, вообще, страшный наглец. Вы непременно должны отправить его на конюшню.
- Позвольте поинтересоваться, господин граф, а что здесь делаете вы и ваша прекрасная дама?
- Мы пришли посмотреть, как делают шелковое мыло, - ответила она, - но этот грубый мужик не пускает нас в мыловарню.
- И правильно делает, - ответила я спокойно, хотя чувствовала, что уже закипаю, - мыловарня мое предприятие, и только я решаю кого туда можно пустить. А работник всего лишь выполнял мой приказ.
- В любом случае, вашему работнику следовало бы быть более почтительным с аристократами, - граф Гурьев оказался отвратительно настойчив, - я не верю, что вы приказали ему хамить и отталкивать даму.
- Пронька, - обратилась я к нему, - ты хамил и отталкивал благородных господ?
- Нет, госпожа баронесса, - отчаянно замотал головой Пронька.
- Вы верите этому... больше чем нам, - взвизгнула та же дама, - это возмутительно!
- Успокойтесь, Анна, - граф схватил ее за руку, - думаю госпожа баронесса велит наказать этого хама, посмевшего оскорбить вас... в противном случае я буду вынужден обратиться в суд, чтобы его казнили.
Пронька побледнел и упал бы, если бы не держался за косяки. Черт возьми... эти твари загнали меня в угол.
