Автор
В комнате царит напряжение. Мышка заставляет своего отца признаться в том, что он действительно и спит вместе с ней. Презрительный взгляд и жесткая угроза нарастает, создавая атмосферу роковой близости и нешуточного конфликта.
Чтобы не начистить морду этому Лёше, с которым Аня вчера так мило ворковала в кафе. С которым держалась за ручки, счастливо улыбаясь.
Именно сейчас я понимаю Тему. Понимаю его состояние, когда Соня поцеловала меня. Это больно. Чертовски больно видеть, как кто-то другой касается твоей любимой девушки. Как чьи-то ладони сжимают её тонкую талию. Что уж говорить о том, что кто-то касается её нежных сладких губ.
Потому что я считал Аню своей. Своей девочкой.
Я был на грани безумия от ревности. Сжигающей до тла, до самых костей ревности.
Чёрт возьми! Я же бл*ть ни разу не спросил её о чувствах ко мне. Да, поцеловались пару раз, не более. Это я признался ей вчера в своих чувствах. Малышка наивно думала, что я всё забуду. Хрена с два. Воспоминания сохранились. Хоть и обрывками, но сохранились."
"""Ненавижу тебя, Котов. Каждой фиброй души ненавижу"", — всплывают в голове её колкие, злые слова.
— Марк, — слышу Анютин голос за спиной, когда захожу в подъезд.
Не оборачиваюсь. До крови кусаю щёку изнутри. Не могу её сейчас видеть. Не хочу с ней разговаривать. Не сейчас.
— Марк! — снова зовёт меня. По голосу слышу, что она подошла ближе.
Огромных усилий мне стоит, чтобы не обернуться к ней. Знаю, что не сдержусь. Впечатаю в стену. Поцелую. Докажу на неё свои права.
— Да, подожди ты! — кричит на весь подъезд, из-за чего голос эхом отражается от стен.
— Что? — разворачиваюсь резко, из-за чего девчонка впечатывается в мою грудь. Налетает с ходу. И покачнувшись, начинает пятиться, грозясь свалиться с лестницы. Неосознанно кладу руку ей на талию, помогая ей сохранить равновесие. Провожу неосознанно по спине вверх, коснувшись выпирающих лопаток. Прошибает от такого простого прикосновения.
Тут же убираю руку, будто обжегся.
