Автор
Ничего удивительного — потрясенные первым звонком. Эти люди обучены давить, нащупывая слабые места... Никто не посягнет на нас сейчас. Просто психологический прессинг. Марина Васильевна придирается, но я должна продолжать работу. Успокойся, думай и действуй.
Может, начинать сопротивляться? Говорить «нет»? Орать? Он ведь так до койки и утащит! А там уже и орать бесполезно будет…
Мы идем по тротуару, но во дворы не сворачиваем, прямо, прямо, прямо… Затем в проулок, опять прямо… И выходим на Арбат.
— Была здесь? — спрашивает Тимур, тормозя возле сувенирной лавки, откуда на нас внимательно смотрят разнообразные матрешки.
— Не-е-ет…
Мне и в самом деле за все время проживания в Москве так и не удалось попасть именно сюда, на пешеходный Арбат. Как-то не складывалось, постоянно находились какие-то новые места для посещения, прогулок…
А Арбат, как сказала однажды Валерка, презрительно сморщив носик, для туристов.
И вот теперь, оказавшись здесь, я никак не могу понять, разораться в толчее народа.
Хорошо, что Тимур так и не отпускает моей руки.
Кивнув на робкое «нет», он молча тащит меня наперерез толпе, на противоположную сторону улицы.
Я лишь по сторонам верчу головой, рассматриваю сочный калейдоскоп, от которого немного кружится голова.
Сувенирные лавки, много, очень много, самые разные.
И, будь я одна, надолго бы тут залипла, но Тимур идет вперед, периодически тормозя и показывая мне то голубой домик, где расположена квартира, в которой жил когда-то Пушкин, то памятник, то прикольный сувенирный развал. И, несмотря на то, что мы периодически тормозим то там, то сям, ощущается, что Тимур преследует какую-то цель, приведя меня сюда.
Потому что двигаемся мы довольно шустро.
Я специально не спрашиваю, куда направляемся, самой интересно, что же это такое будет…
Тимур продолжает удивлять.
Буквально недавно он полностью соответствовал образу нахального богатого прожигателя жизни, плейбоя, и был абсолютно предсказуем, а сейчас я теряюсь в догадках, что же будет дальше.
Это будоражит, заводит… И слишком похоже на что-то реальное, а не на игру, направленную на понятно, какой результат.
Я задумываюсь над этим вопросом, не забывая активно вертеться, разглядывая мешанину образов, красок, форм.
Вот, прямо на асфальте, мужчина делает шоу: расписывает какой-то металлический круг при помощи баллончиков с красками. Он так ловко и точно жонглирует ими, что поневоле торможу, разглядывая выходящее из-под струи краски чудо: яркий, невероятно сочный пейзаж с южным жарким морем и низким красным солнцем.
