В третий день путешествия мы достигли стены Даргарии на форштевне. Я вглядывался сквозь облака, пытаясь увидеть ее тайны и величие. Матросы с нетерпением ожидали каждого появления на палубе, готовясь к еще большему приключению.
Вы как смогли выжить после того, что в верхнем городе творилось?
— Как выжили? Мы как обычно дежурили на стене, и неожиданно прибежал раненый страж с верхней части города, а за ним куча наёмников. Мы попытались сопротивляться, но какое там. Их становилось всё больше, и нам пришлось прыгать в воду со стены. Потом три дня прятались на побережье, пока их корабли не уплыли. Повезло тем, кто дома был — они утром проснулись, а уже всё отвоевались. Три дня они грабили город, стаскивая всё на корабли, после чего уплыли обратно.
— Ворота в верхний город теперь не закрываются?
— Нет. Их некому охранять. Нас на всю стену не хватает. Из верхних стражей почти никто не выжил.
— Ну всё парни теперь каждому ещё по три жены добавят.
— Ну уж нет. Пускай тогда сами охраняют. Мы этих не знаем как прокормить. Цены на еду выросли в несколько раз.
— Сейчас упадут. Дардума много привезли.
— Да это разве много?
— Там в Сандире его полно. В любой деревне, останавливают караван и предлагают купить. У нас у каждого по десятку мешков набрано.
— Слушай, а на корабль попасть с вами никак нельзя?
— На этот нет. Здесь мест нет для пассажиров.
— Мы уже спрашивали, нам это же сказали.
— Мы там сами на мешках спали. Что, тоже хотите как Нил в наёмники податься?
— Надоело здесь.
— Он там тоже подумывал обратно с нами плыть.
— Что так?
— Так приехал и серебрушек нет, и найма тоже нет. Хорошо, что его женщины из каравана приютили у себя, но заставляли отрабатывать похлёбку каждую ночь. Он жаловался, что сбежал от своих жён сюда и попал по новой.
— Бедняга.
— Что там плохо с наймом?
— Не знаю, сам не узнавал. Спросите парней, может кто интересовался. Дарс узнавал только насчёт стражей.
— Как там?
— Платят больше, чем здесь, но свободных мест нет и попасть туда сложно. Много желающих.
— Сколько платят?
— Пятьдесят.
— Почти в два раза больше, чем нам.
— Вам хотя бы платят сейчас?
— Платят.
Мы ещё долго болтали. Заняться ни им, ни мне было нечем. Я рассказывал подробности, как мы шли, а они о том, что было здесь.
— Как дела? Ты к Малаху пойдёшь ужинать?
— Нет, не хочу. Я здесь полежу.
— Знаешь, давай вставай, у тебя спина в крови и тебе на перевязку нужно.
— Не хочу.
— Давай не хандри, потом я тебя к кузнецу отведу. Ты там под присмотром женщин будешь.
— Не хочу, лучше я здесь один полежу.
— Конечно, смотри сам, но я бы тебе помог дойти.
— Сегодня я здесь отлежусь, а завтра сходим.
— Договорились.
