В окнах дома отражалась середина ночи — холодная и наполненная тихим шепотом дождя. Екатерина влетела внутрь, пропахнув родительским теплом и ощущая себя как домашняя птичка после долгого полета. Атмосфера здесь была умиротворенной, словно шептало дремлющие истории, ожидая своей ночи....
Не здесь и не сейчас, не в своем доме.
— Он создал этот бренд, — начала она, — «JewelryStories»… как экспериментальное направление на базе «Fine Jewellery», но в России.
— Да, я кое-что слышала про это, — подтвердила Катерина, усаживаясь поудобнее.
Она слышала. И даже была на презентации первой коллекции. Там и увидела Агату в первый раз. Уже тогда ей стало понятно, что от Крапивина та не отцепится. Все остальное об этом проекте Катя понимала из общих разговоров. Дима кое-что говорил ей об украшениях с живописными эмалями, флорентийской мозаикой и морским жемчугом.
С Ритой обсуждать это гораздо легче, да и рассказывала она все со знанием дела. Точно знала, о чем говорит.
— Дима никогда не делает ничего простого, не работает на массового покупателя, так скажем. Всегда ищет что-то новое и неожиданное Ключевое направление нашей компании — это изготовление сложнейших эксклюзивные украшения на заказ. Поэтапно. От эскиза и моделирования до производства на самом высоком уровне.
— Что ж вы тогда так жалеете, что познакомили ее с Дмитрием? Жалеть нужно не об этом, раз она так идеально вписалась, а о том, что он затащил ее в свою постель. Она, по-моему, до сих пор не понимает, что ей на дверь указали, — убито отозвалась Катерина.
— Ну, Катя, не она так другая, ты же понимаешь.
— Я не ревную его к другой. К другим. Не в такой степени.
— Почему?
— Не знаю, — коротко отделалась девушка, хотя в душе знала и чувствовала другое.
Она Агату ненавидела на каком-то интуитивном, но очень глубоком уровне. Не могла ее переносить. Филяева только имя Димкино произносила, Катю потряхивало; плеча коснулась, когда тот ее провожал — мозг вскипел, она начала вещи собирать, чтобы уехать.
Не упрямство это. Боль. Страшная. Нестерпимая. Уничтожающая изнутри боль.
Но поделать с этим пока что ничего не могла.
