Офицер спецназа Александр Черников пережил войны в Афганистане и на Кавказе, но самое страшное испытание ждёт его впереди. Судьба, хранившая его в боях, готовит новый, более жестокий поворот. История о выживании, долге и цене, которую платит воин за свою честь и верность.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «На линии огня» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Офицер спецназа Александр Черников пережил войны в Афганистане и на Кавказе, но самое страшное испытание ждёт его впереди. Судьба, хранившая его в боях, готовит новый, более жестокий поворот. История о выживании, долге и цене, которую платит воин за свою честь и верность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Дмитриевич Кондратьев Литрпг подборки серии
Офицер спецназа Александр Черников пережил войны в Афганистане и на Кавказе, но самое страшное испытание ждёт его впереди. Судьба, хранившая его в боях, готовит новый, более жестокий поворот. История о выживании, долге и цене, которую платит воин за свою честь и верность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Черников сказал:
— Помнишь, когда я пришел в кафе первый раз, тоже лил дождь?
— Я не обратила на это внимание.
— А ведь он, дождь, и познакомил нас. Если бы не он, я бы не зашел в кафе «Под каштаном».
— Не зашел бы тогда, зашел позже. От судьбы, Саша, не уйдешь!
— Ты права.
Злата взяла Черникова под руку, и они пошли к центру города.
У цветочного магазина, Александр остановился. Тот, как и прежде, работал допоздна.
— Подожди, дорогая, мне нужно заглянуть в магазин.
— Саша, обойдемся без цветов.
— Нет! Если бы я знал, что увижу тебя в кафе, то пришел бы туда с букетом. Но я не знал, поэтому исправлю ситуацию сейчас. К тому же сказать то, что я хотел тебе сказать всю жизнь, я должен обязательно с букетом.
— Ну, хорошо, я подожду, ты только быстрее, пожалуйста.
— Конечно, дорогая.
Черников зашел в цветочный магазин. Там вместо дремлющего пожилого чеха, в кресле сидела почтенного возраста женщина. Она продала ему два букета.
Черников покинул магазин и подошел к возлюбленной:
— Злата! Прими этот букет в знак… в знак… черт, теряюсь, как мальчишка!
— Я тоже ощущаю себя той девушкой, которой понравился советский офицер.
— Восемнадцать лет прошло!
— Разве это срок?
— Ты права, у нас все еще впереди, не такие мы уж и старые!
Злата рассмеялась. Приняла букет и указала на второй:
— А эти цветы, как понимаю, Марии?
— Да, вот только боязно что-то мне…
— А гранату собой накрывать, на верную смерть идти не боязно было?
— Это совсем другое дело. Война есть война. А сейчас…
— Идем, герой, а то ты промок весь.
— Ерунда.
Они продолжили путь. Дошли до площади у «Гранд-Отеля». Раньше здесь стоял памятник Сталину. Говорили, что их в Европе всего три оставалось: на родине вождя, у Кремлевской стены и почему-то в Чехословакии, в Бардовицах. Сейчас памятника не было. У отеля на этот раз Злата остановила Черникова.
— Минутку, Саша!
— Что такое, дорогая?
— Видишь парочку на крайней слева скамье у фонтана?
— Вижу, парень с девушкой. Под зонтом. А что?
— А то, что девушка — это твоя дочь Мария!
— Да?
Александр внимательно посмотрел на девушку.
— Слушай, Злата, а ведь похожа на меня!
— На кого же еще ей быть похожей? Но и от меня ей что-то досталось…
— Она очень красива. И у нее такие же, как у тебя волосы. С ума сойти: эта девушка моя дочь! Все как во сне. А рядом, значит, жених ее?
— Он. Пойдем познакомимся. И с дочерью, и заодно с женихом. Представляю, как они воспримут твое появление.
— Нет! Ведь я для Маши погиб. Не надо здесь, мало ли что, кругом люди… Лучше дома, а с женихом еще успею.
— Ну хорошо.
Парень с девушкой поцеловались, поднялись со скамейки и побежали за здание ресторана, в парковую зону, через которую лежал путь к дому пани Марии, а теперь Златы и… Александра.
Черников улыбнулся:
— Упорхнули. Молодость.
