Мы готовимся к встрече с необъятной Землей через тонны горючего и стюардессов с удивительным улыбочками. В воздухе запахло будоражащими новыми местами и загадками, которыми только можно пользоваться для того, чтобы сделать по-настоящему захватывающую книгу.
— В чем истоки и корни, понятно — хороший специалист, да еще с вашей внешностью, без работы долго не останется. Про вас говорили, что вы хороший специалист…
— А у вас что, к независимым женщинам какое-то особое отношение? С ноткой негатива?
— Помилуйте, — сказал Данил. — Независимые женщины мне всегда нравились:
Маргарет Тэтчер там, миледи Винтер… Знаете, я просто раздумываю, с чего начать…
— А это зависит от того, что вам про меня наговорили.
— Почему непременно «наговорили», а не «рассказали»?
— Ох, да знаю я наши злые язычки, частная фирма кое в чем от коммунальной кухни мало отличается…
— Это точно, — философски сказал Данил.
— Совсем не обязательно. Я от родителя не отрекаюсь, с чего бы вдруг, но все равно звучит и в самом деле смешно… Хватит с меня школьных дразнилок. — Она наигранно вздохнула, без нужды одернула строгий красный жакетик в черный горошек.
У Данила понемногу стало складываться впечатление, что под этим жакетиком либо ничего нет, либо наличествует самый минимум.
— Итак, Оксана… — произнес Данил нейтральным тоном.
— Конечно.
— Почему?
— Ой, да не играйте вы в прятки! — досадливо поморщилась она. — Я о вас чуточку наслышана. Вы из безопасности или как там это называется… Хотя, конечно, судя по Сереже Климову и этому… — она на миг замолчала, — называется это как-нибудь нейтрально. Второй отдел, второе бюро, «общие вопросы» и «исследования»… И вам непременно должны были открыть глаза на наши с Сергеем отношения. Так что вы с меня начали, а?
— Люблю я умных женщин, — сказал Данил.
Подсознательно. Как всякий мужик… Так вот, что касается взаимоотношения полов. Месткомов давно уже простыл и след, а потому меня совершенно не интересует, чем занимаются взрослые люди в постели. Меня интересует другое: влияют ли в данном и конкретном случае постельные отношения на все прочее.
— То есть?"
"— Погиб человек, — сказал Данил. — Обстоятельства, мягко скажем, странноватые.
