Автор
Небо изменило свой цвет — от теплого медного света к холодному фиолету, а облака как будто замерцали, пряча за собой огоньки городских светодиодов. Это необычная история любви среди волны моря и тонких листьев оригами.
Наверное, после вчерашних безумств на сцене он устал. Я бы точно устала.
– А я не спал, – улыбнулся обворожительно парень. – Приехали друзья, и мы всю ночь общались.
– Секс, наркотики и рок-н-ролл? – невинным тоном поинтересовалась Журавль, будто и не она вчера пыталась его избить, приняв за мошенника.
Наш спутник вновь рассмеялся.
– Какое там. Если бы я тусовался с группой, мне бы что-нибудь обломилось. А так… – И он тяжело вздохнул.
Несмотря на то, что я знала его тайну, сейчас я не видела в нем Кезона, героя вчерашней рок-сцены, заводящего толпу.
Болтая, мы спустились вниз и сели в заранее поданную машину – все тот же самый микроавтобус. Поклонников «Лордов» около отеля не наблюдалось – все они переместились вслед за основным составом группы, которая, по слухам, после частной закрытой вечеринки в претенциозном клубе, поехала в какой-то бар. Поэтому Кезона никто не узнал и не бросился с воплями, требуя автограф и не желая задушить в объятьях.
До Коломенского добрались мы не быстро, зато разговорились в автомобиле. Кирилл, сидящий напротив нас с бутылкой воды в руке, поведал несколько весьма забавных историй, происходивших с «Лордами» в турах. При этом все события Кирилл подавал умело, с нужной интонацией и веселым недоумением – как все это с нами случилось и почему мы еще не сошли с ума? Я смеялась, да и Нинка тоже хихикала – ей интересно было слушать о закулисной жизни любимой рок-команды.
Кирилл рассказывал о том, как им не давали прохода поклонницы, что только не придумывающие, чтобы побыть рядом с кумиром. Они пробирались в номера, устраивали засады около домов, бросались на сцену.
Рассказывал о том, как они дрались на первых парах с теми, кто оскорблял их музыку на концертах в захудалых клубах.
О том, как они устраивали погромы в гостиницах, и в несколько из них въезд им теперь стал запрещен.
О том, как Октавий пал моральной жертвой влюбленного фаната мужского пола нетрадиционной ориентации, и тот долгое время доставал его, писал письма, полные надежд и планов и преследовал до тех пор, пока не встретил свою истинную любовь. Октавий так обрадовался, что на свадьбу отправил им подарок, но некогда влюбленный поклонник вернул его обратно, сообщив, что «от бывших ему ничего не надо».
