В сердце Садового кольца начинается узкая проспект, где серые жилища соседствуют с выхлопными струями и липами, давно погибшими на мокрых тротуарах. Тонкие вывески частных магазинов не согласованы с городским серым фоном, создавая дисгармоничную атмосферу.
Похоже, «Над пропастью во лжи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Почти (если не считать двух очень важных встреч в течение года – но об этом потом).
Вечером в Центре Маша делилась переживаниями. Она жаловалась:
– Они все, все против меня! – Губы ее страдальчески морщились, а между бровями залегла мучительная складка. – Они все ругают и меня, и курсы, и сенсологию вообще. Они против Нас!
И несколько улыбчивых сочувственных лиц подтвердили, кивая:
– Да-да, они все против Нас! Все!
***– Марина Леонидовна, это вас беспокоят из группы коррекции…
Я нахмурилась. Вечно отрывают от дел.
– Там с этим новеньким, с Яковлевым… Он качает права, требует вернуть деньги за курс. Говорит, что не получил того, что обещали.
Сердце предательски вздрогнуло. Его нельзя упускать.
– Я поговорю с ним сама. Пригласите его в мой кабинет.
Через минуту в коридоре послышался возмущенный красивый баритон, который на повышенных тонах рычал:
– Я не хочу ни с кем разговаривать. Верните мне мои деньги, и я уйду!
Но ведь это была не плата за курс, а пожертвование на нужды нашей Церкви.
"– Я никому ничего не жертвовал! Я не знал, что вы – Церковь.
– У нас «Церковь» означает нечто совсем другое, чем принято обычно. Вы можете исповедовать любую религию и заниматься сенсологией. Здесь нет противоречия.
– Мне все равно, Церковь вы или нет… Я оплатил курсы и хотел получить за свои деньги определенные навыки.
Дверь кабинета рывком распахнулась.
– Пожалуйста, проходите! – Я включила самую ослепительную улыбку из своего богатого арсенала.
Красивый баритон смолк. Я сразу узнала лицо с черно-белого снимка (у меня фотографическая память). Красиво вылепленный лоб мыслителя, тонкие нервные руки, худощавая, чуть сутулая фигура, ранняя проплешина на макушке в густых волосах.
– Садитесь, – пригласила я и вновь на полную мощность включила улыбку. – Хотите чай, кофе?
Сотрудница Центра, сопровождавшая строптивца, беззвучно испарилась.
– Очень рада с вами познакомиться, Игорь… Я офицер по особым поручениям Марина Жалейко. Можно просто Марина.
– Интересно, какие у вас «особые поручения»? – все еще в запале спора иронично осведомился он – никак не мог остыть после скандала.
