В сердце Садового кольца начинается узкая проспект, где серые жилища соседствуют с выхлопными струями и липами, давно погибшими на мокрых тротуарах. Тонкие вывески частных магазинов не согласованы с городским серым фоном, создавая дисгармоничную атмосферу.
Похоже, «Над пропастью во лжи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Супруга его к этому времени ходила за ручку с уже тремя пострелятами и, кажется, обещала подарить вскоре четвертого отпрыска.
Поселковые парни не гоняли Жана от «расчетки», хотя дело было немыслимое – чтобы грязнопузую цыганву допустили зубоскалить с поселковой девчонкой. У них свои девки есть! Да и его поведение удивляло: семнадцатилетний отец семейства, детей куча мала – что он делает в холостяцкой веселой компании?
Между тем Жан делал вид, что ходит на вечеринки обсуждать исключительно важные мужские дела.
Только один раз провожал он ее до калитки. Болтали ни о чем, стояли возле ворот, пока мать не гаркнула на дочку с крыльца, чтобы прекратила обжиматься по кустам да шла домой.
Но с той поры пошла по поселку молва, что жалейковская Маринка связалась с цыганом из каменного дома. А молва что зола – не отмоешь добела.
Однажды поздно вечером шла Верка от своего азербайджанца (она опять стала с ним потихоньку встречаться, забыв недавнюю обиду) и услышала знакомый колокольчиковый смех дочери возле конторы.
Выскочила Верка в светлый круг от качавшегося на столбе фонаря, углядела одуванчиковый пух дочкиных волос, расслышала низкий мужской гогот… Там еще были девчонки, но не до них было Верке.
– Эт-то что такое? – в бешенстве заорала она.
Маринка только склонила голову и побежала прочь, давя слезы. Мутно светилось в темноте ее ситцевое платье.
– Теть Вер, да вы что! – вступился за свою зазнобу главарь компании Серик. – Мы ж только разговариваем!
– Знаю я ваши разговоры! – дохнула Верка застоявшимся перегаром.
