— Этих троих стоит отправить на поверхность, — холодно произнёс Тень, кивнув на Вепря, Сетера и Алассу. — Я обещал им амнистию.
— Уж точно не за покушение на меня, — покачал головой Церон. — Нет, они останутся здесь.
— Тебе мало Дары Незарис и моего брата?
Церон развёл руками:
— Я люблю держать на руках все козыри.
Лицо Тени было совершенно непроницаемым. Но я вдруг уловила тень огонька в его глазах. Именно с таким огоньком во взгляде он когда-то сказал мне во сне…
…Что у него был план.
Церон кивнул страже, указывая на охотников:
— Уберите этих троих. Думаю, они мне понадобятся позже… для наглядного разговора.
— Ещё ничего не кончено, — грубо пообещал Вепрь.
— Конечно же. Уверен, ночь в камере у вас троих будет незабываемая. Что до ваших развлечений утром… — Церон зловеще улыбнулся. — Уверяю, о них тоже позаботятся.
Я беспомощно смотрела им вслед, пока дверь за ними не закрылись. Проклятье, проклятье, проклятье… зачем мы только взяли их с собой? Зачем пошли, ничего не проверив?
Но разве мы могли поступить иначе? Бросить Тень здесь?
Церон повернулся к стражам, держащим нас с Конте, и опасная улыбка скользнула по его губам.
— Вы тоже можете быть свободны, — сообщил он. — Пришлите стекольщика утром.
Стражи переглянулись в недоумении.
— Но эти двое — они же охотники… — осмелился вымолвить первый.
— Тень, приказываю тебе подойти к девчонке и приставить свою катану ей к горлу. Если твой брат или она попытаются дёрнуться, убей её, потом его.
Часть меня надеялась, что Тень дрогнет. Что проклятие не сработает. Что…
Но Тень молча вытащил катану из ножен и одним плавным, гибким, скользящим движением оказался возле меня. Секунда, и лезвие катаны захолодило мне горло, коснувшись шеи.
— Не шевелись, — еле слышно прошептал Тень. — Это серьёзно.
— Со мной ничего не произойдёт, — лениво произнёс Церон. — Идите. Оставьте их клинки в том углу. Не хотелось бы их… потерять.
Шаги стражей прохрустели по битому стеклу. Когда затихли и они, Церон медленным шагом вернулся в кресло. Закинул ногу на ногу — и уставился на нас с торжествующей улыбкой.
— Замрите, все трое, — беспечно произнёс он. — Точнее, все двое. Да-да, ты тоже, Конте Мореро. Теперь каждое моё слово будет приказом и для тебя.
Мои глаза расширились. Катана в руке Тени дрогнула.
— А теперь, Конте, — наслаждаясь собой, произнёс Церон, — подними левую ногу, согни её в колене и сделай балетное па. Провернись вокруг своей оси.
