Над водыми островами, где чаще всего лишь маленькие и покойные, есть величественные обширные, украшенные либо храмом, либо роскошной виллой, начинается мирный сон под жарким полуденным солнцем. Море и острова спят до вечерней прохлады, когда жизнь на несколько часов призрачна. Но на яхте все в движении: трое молодых людей маневрируют среди этих живописных уголков мироздания, предвкушая новый дневной冒险。...
А уж чем оно закончится – один бог знает.
Но это дальняя перспектива, углубляться в которую Роман заказал себе еще в Москве.
Касательно же ближней нужно было немедленно взять в руки телефон, позвонить Лене и покаяться. Только так можно было избежать дальнейших осложнений, развитие которых закономерно приводило к разрыву со старшим компаньоном – и нищете, чего Роман боялся пуще смерти, ибо смерть была лишь скучной частью его работы, в то время как нищета была скучной частью его жизни, а это разница, поступиться которой благоразумный человек никогда не отважится.
Сообразив все это, Роман достал телефон и, невольно кряхтя, набрал номер.
– Так, давай подъезжай, – быстро сказал Леня, ибо сегодня утром они уже здоровались, а пустую трату времени компаньон Романа приравнивал к швырянию денег из окон своей конторы.
– Прости, Леня, не могу, – собрав все дарованное ему природой мужество, признался Роман.
– Как это понимать? – холодно осведомился Леня.
– Да… Как всегда! Я сам не ожидал.
– Понятно, – обрезал Леня. – Значит, работаешь?
– Ну, да.
– Молодец, Роман Евгеньевич. Так и продолжай.
– Но, Леня! – взмолился Роман. – Ты же понимаешь, что есть вещи, которые от меня не зависят.
– В этом ты прав, – зловеще заметил его собеседник.
– Но я же по-честному, ну чего ты… – по-детски заканючил Роман, чувствуя, что его партнер уязвлен не на шутку и может ударить во всю мощь, то есть наповал."
"– Я не понимаю только одного: зачем обещать, если не знаешь, что с тобой будет через минуту? – едва сдерживая холодную ярость, отчеканил Леня.
– Иногда и через секунду, – хихикнул Роман.
– Тебе смешно? – взвился Леня.
– Нет, что ты! – спохватился Роман. – Это я так, для поддержки разговора.
– Ты полагаешь, у меня нет других занятий, кроме как разговаривать с тобой?
Тут Роману, несмотря на всю его кротость, захотелось послать компаньона к черту. Ну сколько можно еще казнить повинившегося человека? Но он, сделав над собой усилие, промолчал, и это оказалось блестящим тактическим ходом, ибо Леня, соображавший быстрее суперкомпьютера, понял, что надо остановиться и сменить гнев на милость.
– Ты где? – спросил он после деловитой паузы.
– В Германии.
– Ага! – негромко воскликнул Леня.
Он погонял свой «винчестер» еще пару секунд.
