Над водыми островами, где чаще всего лишь маленькие и покойные, есть величественные обширные, украшенные либо храмом, либо роскошной виллой, начинается мирный сон под жарким полуденным солнцем. Море и острова спят до вечерней прохлады, когда жизнь на несколько часов призрачна. Но на яхте все в движении: трое молодых людей маневрируют среди этих живописных уголков мироздания, предвкушая новый дневной冒险。...
– Да, – равнодушно согласилась Анна.
– Почему? – поинтересовался он.
– Я волнуюсь, – просто ответила она.
Виктор усмехнулся, глядя на ее обнаженную спину, похожую в темноте на мраморное надгробие.
– С каких пор ты стала волноваться?"
"Анна медленно повернула к нему растрепанную голову, постаралась найти его взгляд. Однако Виктор сидел в тени, и что содержит его взгляд, она так и не смогла определить.
– С тех пор, как встретилась с тобой, – сказала она, занимая прежнее положение.
Виктор надолго замолчал.
Трудно было сказать, как подействовало на него это признание. Другому, возможно, оно и польстило бы. Анна была из тех женщин, которым мужчины оборачиваются вслед, еще не успев сообразить, что именно заставило их это сделать.
Но проблема заключалась в том, что Виктор был не из тех мужчин, которые бродят по улицам и оборачиваются вслед женщинам. Он был похож на призрак, на оборотня, на существо из другой жизни, живущее по своим законам, отличным от законов простых смертных, и Анна лишь неслышно вздохнула, не дождавшись ответа.
Впрочем, на ответ она и не надеялась.
– Как ты думаешь, он жив? – спросила она, загасив сигарету о тарелку, стоявшую возле кровати.
– Жив, – не сразу отозвался Виктор.
Анна легла на бок, поджав ноги и вытянув скрещенные руки перед собой. Теперь она напоминала раненую газель.
– Если они его взяли живым, они будут его пытать.
– Да, – согласился Виктор.
Он поднял бокал, вдохнул аромат коньяка. Коньяк был чертовски хорош. Для этого не надо было его пробовать.
– Ты думаешь, он выдержит?
Что-то стукнуло за дверью. Виктор повел головой, как хищный зверь. То есть внешне он остался совершенно неподвижен, только голова чуть заметно подалась вбок, будто она не имела ничего общего с телом.
– Жанна не спит, – сказала Анна. – Жарко.
Виктор не ответил.
Надо было ложиться спать, он не привык без нужды нарушать распорядок.
– Он выдержит, – сказал он через минуту. – Он и не такое выдерживал.
– Откуда ты знаешь, что его ждет?
– Он выдержит, – повторил Виктор.
Надо было идти в постель.
Он посмотрел на распростертую перед ним женщину. Она была хороша. Очень хороша. Не хуже коньяка, который он пил. Но он знал, что скоро она ему надоест. И не хотел торопить это событие.
