Мы застряли в захваченном городе на две с половиной недели. Добычи было так много, что сбор и дележ заняли неделю. Потом неделю отдыхали от трудов ратных, пировали сутки напролет. Если бы в Финикии нашелся отважный командир, то смог бы без особого труда войти в Сидон, все ворота которого закрывались на ночь, но практически не охранялись, вырезать мое пьяное войско и забрать себе уже собранную, упакованную добычу.
Во вторую неделю к нам потянулись купцы из соседних городов, включая те, что заплатили нам дань, и те, которым это еще предстояло сделать. Они скупали по дешевке все, что мы не могли увезти. Мои воины пошли грабить город по второму кругу, продавая купцам даже щербатые кувшины, арбы, потертые ковры, стариков и старух, на которых раньше не обращали внимание… К моменту нашего отплытия в Сидоне остались пустые дома, он превратился в город-призрак."
"Наверное, с этого момента и начнется выдвижение Тира в лидеры финикийского мира. Ушлые тирцы не стали ждать, когда я приведу свое войско к стенам их города, а я собирался сделать это в следующем походе, прислали делегацию. Возглавлял ее член Совета по имени Ахерба, который во время моего проживания в Тире был торговым партнером Потифара. Примечательной особенностью этого человека были бегающие глаза. Они не знали покоя ни на мгновенье. Как человек с такими глазами был успешным торговцем — загадка для меня. Я бы у такого даже использованный презерватив не купил. Начал он издалека — с похвалы в мой адрес. Распинался минут пять, и я узнал о себе много нового.
— Давай к перейдем к делу, — сказал я, когда он начал повторяться, и подвинул к нему по столу, за которым мы сидели вдвоем в бывшем кабинете Эшмуназара, свернутый папирус с перечнем того, что тирцы обязаны заплатить за ненападение на их город.
Быстро пробежав глазами список, Ахерба воскликнул как-то слишком театрально:
— Это слишком много!
— Что ты! — возразил я. — Это еще не все. Есть еще одни пункт, самый важный — Овадья Рыжий, живой или мертвый.
Я не собирался прощать этому подонку мое выселение из Тира. Уверен, что последний пункт порадует и многих жителей города. Да и на его фоне остальные мои требования покажутся сущей ерундой.
— Нет, Хирама на такое не согласится! — трагично заявил глава делегации.
— Если я правильно информирован, Хирама как раз согласится и даже обрадуется, — возразил я. — Обсудишь этот вопрос только с ним, чтобы Овадья не узнал раньше времени. Можете прислать его вместе с данью, как сопровождающего, как пленника или как труп. Меня устроит любой из этих вариантов. Последний — самый простой и надежный. Мне сказали, что в Тире можно без проблем достать яд, а у Хирама наверняка есть желание рассчитаться за отца. Впрочем, меня ваши внутренние разборки не интересуют.