Исторический роман о крушении великих цивилизаций в конце бронзового века. На фоне падения минойской культуры и агонии империи хеттов разворачивается драма древних народов, боровшихся за выживание в период катастрофических перемен в Средиземноморье.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Народы моря» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Исторический роман о крушении великих цивилизаций в конце бронзового века. На фоне падения минойской культуры и агонии империи хеттов разворачивается драма древних народов, боровшихся за выживание в период катастрофических перемен в Средиземноморье.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Васильевич Чернобровкин Самиздат подборки серии
Исторический роман о крушении великих цивилизаций в конце бронзового века. На фоне падения минойской культуры и агонии империи хеттов разворачивается драма древних народов, боровшихся за выживание в период катастрофических перемен в Средиземноморье.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Большие щиты наклонили верхним краем назад, чтобы защитил от стрел, пущенных по наклонной траектории. Теперь перед скачущими колесницами были четыре ряда пик. Как ни стегай коня, он на такое препятствие не сунется. Лошади вообще удивительно пугливы. Мыши в сравнение с ними кажутся отмороженными берсерками."
"Присели пикинеры не только для того, чтобы быть надежнее защищенными, но и чтобы не мешать двум шеренгам лучников, которые стояли позади них. Я махнул рукой — и сотни стрел полетели навстречу хеттским колесницам. Это были, конечно, не тугие, составные, монгольские луки и даже не длинные валлийские, но и враг был защищен слабее. Сперва стреляли по наклонной, потом — по прямой. В первую очередь целили в лошадей. На животных кожаные доспехи, усиленные деревянными, бронзовыми или железными пластинами, но уязвимых мест все равно много. У коня нет стимулов победить любой ценой, кроме длинного прута, который сейчас используют вместо кнута. Стоит стреле легко ранить коня, как он перестает слушаться возницу, несется туда, где безопаснее, или просто несется сломя голову в обратную сторону, подальше от того места, где ему сделали очень больно. В итоге шумный и грозный с виду вал затормозил, а потом и вовсе остановился, превратившись в свалку колесниц, в которой с треском ломались кузова, рвались постромки, ржали от боли лошади, орали люди…
Минут через двадцать вал схлынул, оставив перед нами широкую полосу из поломанных колесниц и убитых или тяжелораненных лошадей и людей. Уцелевшие колесницы, не более трети, улепетывали, огибая шеренги своих пехотинцев. Зуб даю, больше они в атаку на нас не пойдут. И не только здесь.
— Лучники, вперед! — скомандовал я, а когда они врассыпную заняли места перед фалангой, отдал второй приказ: — Пикинеры, встали!
Теперь первые три шеренги держали пики на весу параллельно земле, прижав древко правым локтем к телу. Четвертая шеренга была запасной, поэтому держала пики наконечником вверх, а при ходьбе несла на плече.
— Вперёд! — крикнул я и махнул рукой трубачам и барабанщикам.
Музыкальное сопровождение, точнее, какофония из громких звуков — обязательная составляющая нынешних сражений. Не победим, так потанцуем.
Фаланга двинулась вразнобой, фланги сперва отстали, но потом подтянулись, выровняв строй. Впереди был завал из колесниц и трупов, на преодолении которого строй опять нарушился, развалившись на небольшие группы. На месте вражеского полководца я бы ударил именно в этот момент. Он упустил возможность. Может быть, из-за отсутствия военного таланта, но, скорее, из-за непослушания подчиненных. Моя легкая победа, быстрый разгром отряда колесниц и вид надвигающихся рядов, ощетинившихся длинными пиками, сломил моральный дух вражеских воинов.
