— Эй, красавчик, прием! — машет ладошкой у меня перед носом девчонка.
Перевожу на нее взгляд. Оказывается, она уже сняла куртку, а я так и стою, таращась в одну точку. Приближается, за шею обнимает. На носочки встает и в губы чмокает, улыбаясь:
— Проснулся? У тебя такой вид, как будто ты стоя досыпаешь. А в сказке принц спящую красавицу будил поцелуем. Вот я и спрашиваю — помогло?
— Ты издеваешься надо мной? — заламываю бровь. — Вика, кто тебя привез?
— Я же сказала, — хмурится девушка. — И вообще, какая тебе разница?
— То есть, когда я тебя десятый раз за неделю предлагаю забрать, ты нос воротишь. А с «коллегой» пожалуйста? Ты меня совсем за идиота держишь?
Не сдержался. Голос просел на рык. Вика моментально закрывается, насупившись отступает. Оба замолкаем, упрямо бодаясь взглядами — здец какой-то! И вроде мы не вместе, а несет так, как будто уже пару лет в браке. Приходится постоянно себя подпинывать и осаждать. Но, видит Бог, как мне сложно рядом с ней держать при себе замашки собственника.
Я вообще, блть, никого и никогда не пускал на свою территорию. И от предложения остаться — выданного ясноглазой — и сам, честно говоря, охерел. На попятную идти было поздно. Да и не хотелось.
Две недели. Мне нравится. Все нравится в том, как у нас устроено сейчас. Исключая тот факт, что Вики с каждым днем что-то во мне снова и снова ломает, превращая в зависимого от нее. А я, черт побери, понятия не имею, что с этим делать! От того, видать, и бешусь. Потому что она вроде как «со мной», но «не моя».
— Мне собрать вещи и съехать, Ренат?
— Это-то тут при чем?
— Не знаю, но ты сейчас очень красноречиво на меня смотришь, — закатывает глаза, руки на груди сложив.
— Забей, — разворачиваюсь и топаю в сторону кухни.
— Не надо меня контролировать, — прилетает мне в спину. — Мы договаривались…
— Да хватит мне постоянно напоминать, о чем мы договаривались! У меня все прекрасно с памятью, Вика!
— Тогда что за вопросы? Я не понимаю. Что за претензии?
— Вот так, да? Решают вопросы взрослые и разумные люди? Забей и проехали?
Я ничего не отвечаю. Выливаю на хрен кофе — в глотку не лезет — и ставлю кружку в раковину. Настроение испорчено. В квартире повисает угрюмая тишина. Первая ссора за две недели, и все почему? Потому что кто-то тихоня, а кто-то мудак. Тыкать пальцами не будем. А главное, что я упрямо гоню прочь — это мысль, что я просто, мать его, ревную. Зверски ревную ее к любому, кто потенциально может ее у меня увести.
Ужинаем вчерашней карбонарой молча.
