Три года прошли с момента, когда он предал её, оставив в самый сложный период жизни. Шрамы на теле и в душе так и не зажили. Но судьба жестока — они встретятся вновь. Сможет ли она простить его? Или прошлое разрушит всё, что она восстанавливала годами?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Нас больше нет» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Три года прошли с момента, когда он предал её, оставив в самый сложный период жизни. Шрамы на теле и в душе так и не зажили. Но судьба жестока — они встретятся вновь. Сможет ли она простить его? Или прошлое разрушит всё, что она восстанавливала годами?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Три года прошли с момента, когда он предал её, оставив в самый сложный период жизни. Шрамы на теле и в душе так и не зажили. Но судьба жестока — они встретятся вновь. Сможет ли она простить его? Или прошлое разрушит всё, что она восстанавливала годами?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Честно признаться, мне хотелось бы рисовать совсем не его лицо.
Я сглотнула. Дамир поймал мой изучающий взгляд на себе. Он знает, что мне нравится то, что я вижу.
Интересно, я ему симпатична как женщина или как художник? Говорят, клин клином вышибают, и мне кажется, что этот мужчина был бы вполне способен заполнить ту пустоту, что осталась внутри меня после Давида.
— Я правильно сел?
— Немного повернись вправо. — Беру в руки карандаш, чтобы сделать первые наброски, и горю оттого, что все внимание мужчины обращено на меня.
Мне сегодня невероятно хотелось надеть платье. И я в который раз прокляла свои шрамы на ногах. Интересно, как он сумел принять свой внешний вид? Или для мужчин это проще? Я с тех пор только штаны и ношу. А ситуация с Лешей доказала, что все и в самом деле настолько ужасно, как я считала.
Какое-то время мы молчим, тишину нарушает лишь звук грифеля, что трется о бумагу. Спустя какое-то время Дамир спрашивает:
— Разговаривать же не запрещено?
— Нет, конечно, могу даже музыку включить.
— Так когда ты улетаешь? — не отвечая на мое предложение, спрашивает он.
— О, ну-у, — тяну я, не отрывая взгляда от его лица. — Пока не знаю точно, планы немного изменились, и мне придется остаться здесь дольше.
— Я даже рад, что так сложилось. Мы сможем встретиться еще раз. Если ты, конечно, не против, — быстро добавляет он.
Рука замирает над холстом. Я моргаю быстро-быстро. Это ведь и есть тот самый интерес со стороны мужчины, правда? К тому же Дамир может меня понять. Кто, если не он?
— Не против, — получается тихо и смущенно. Я отвожу взгляд.
Я не замечаю, как быстро проходит время. Я полностью поглощена работой, все вокруг ушло на задний план. Даже Дамир понял: бесполезно меня о чем-либо спрашивать, настолько глубоко я погрузилась в себя."
"Я отвлеклась, лишь когда поняла, что недовольна тем, как получается его правая сторона лица.
Я откладываю в сторону кисть, подхожу к Дамиру. Он удивленно вскидывает на меня взгляд.
Я молчу. Просто рассматриваю его вблизи, прикусив губу. У меня не выходит шрам. Я никак не могу передать его. Не могу переступить через себя.
Я непроизвольно тянусь к его щеке. Но мои пальцы нерешительно замирают в миллиметрах от кожи, словно прося разрешения. Дамир все понимает без слов. Он обхватывает мою руку за кисть и приближает к лицу.
Я задерживаю дыхание.
Это так интимно.
Не смотрю ему в глаза.
Веду по линии рубца. Изучаю.
— Скажи, — горло пересыхает, язык прилипает к небу, — как… как ты принял это? Как научился не замечать? Прости, что вопрос бестактный, но у меня… — я запинаюсь. — У меня схожая ситуация, — признаюсь, смело встречаясь с ним взглядом.
Я никогда ни с кем не делилась своей болью. Но Дамир тот, кто может понять меня, как никто другой.
