Елена Арсеньевна продолжала свою упрямую борьбу, каждый день углубляясь в свое заблуждение. Павел Шацкий застыл в ожидании ответа, глаза сверкали от напряжения. Встреча с «Империал» становится последней каплей для молодого менеджера, который не может больше ждать решения....
— Острая бутербродная недостаточность?
Я отпустила сына и подошла к холодильнику. Идея с бутербродом, конечно, была хорошей. Однако вряд ли Шахов версии Один-ноль сможет насытиться таким скромным завтраком. Особенно после бурной ночи.
— Если тебе еще и этого кормить, — Тим недовольно кивнул в сторону спальни Дениса, — то я сам могу себе что-нибудь сделать.
— Этого зовут Денис Романович. Тебе, думаю, можно называть его просто Денисом.
— Тебе надо, ты и называй! А я хочу бутерброд и вернуться поскорее в нашу квартиру.
Милый ребенок, который еще минуту назад улыбался мне и обнимал, мгновенно превратился в насупленного ежика.
— Тебе не нравится Денис? — Я медленно перевела дыхание.
Пора было как-то начать важный разговор. Чем дальше, тем больше недопонимания могло возникнуть.
— Не нравится! —не стал юлить сын. Вылитый Шахов!
— Ты просто его не знаешь.
— Зато ты знаешь.
— Тимур... Денис очень хороший человек. Добрый, умный и честный. Поверь, вы обязательно подружитесь.
— Ага, — хмыкнул он. — Подружимся.
— Тим! — Нож выпал из моих рук и упал на столешницу.
— Я видел, как этот Шахов на тебя смотрит! Мне все понятно! — Сын поднял руки вверх. — У вас шуры-хуры, как папа говорит.
— Шуры-муры, — поправила я.
— Точно! Муры. Но я вместе с вами жить не буду. Если ты решишь остаться здесь с ним, то отправь меня, пожалуйста, к бабушке. Я буду жить с ней. В нашей квартире.
— Милый... Что ты такое говоришь?
— Ты сможешь приезжать к нам в гости. Только без этого.
Словно серьезно собрался жить один, он выдвинул вперед челюсть и гордо расправил плечи. Девятилетний герой. Лишь обиженный взгляд выдавал, что не все так уж просто.
— Родной, даже не думай! Я никогда тебя не оставлю и не променяю ни на кого. — Я бросила готовку и подошла к сыну. — Но Денис... он не просто мой знакомый.
Нужно было открыть правду. Не тянуть больше! Моя трусость шла на пользу только одному человеку.
— Твой папа Слава... Он не такой человек, каким кажется. — Горло безжалостно сохло, однако я упрямо выталкивала из себя слова. — Много лет назад я вышла за него замуж... Только это случилось не потому. что я любила его. Просто так сложились обстоятельства. Мне пришлось выйти замуж, чтобы спасти и тебя, и себя.
— Мам... — Сын убрал мои руки со своих плеч и отошел на шаг.
